Гвардеец

 – Я уже и жрачки купил на двоих. – Он обернулся в сторону стойки. – Макарыч, старый хрен! Скоро?

– Этот шкет твой знакомый, что ли? – спросил Наваха, в свою очередь оборачиваясь к водителю.

– Ну, – согласился тот.

– С каких это пор у честного водилы в знакомцах торгаши?

– С сегодняшнего дня. Это сын одного моего старинного приятеля, которому я когда-то пообещал, что присмотрю за мальцом.

– Ясно. – Наваха потер мочку уха и подмигнул Осетру. – Не держи зла шкет. Мы по незнанке.

Осетр кивнул, не зная, что ответить.

Похоже, этот Чинганчгук – авторитетный мужик, коли с ним не хотят ссориться откровенные бандиты. Что ж, значит, повезло… Ну и слава богу! В воинском деле везение порой жизни стоит. С другой стороны, капитан Дьяконов говорит «С авося не спросишь!»

Между тем Макарыч принес небольшой стакан храпповки и блюдце, на котором красовался одинокий ломоть какого-то оранжевого фрукта, посыпанного не то сахаром, не то солью. Ломоть был размером с оладью, какие подавали иногда кадетам в школьной столовой.

Похоже, Чинганчгук был сладкоежкой.

Кому еще придет в голову сластить фрукты? Если, конечно, фрукт не представляет из себя местную разновидность лимона…

– Не пьянства ради, а продления жизни для! – Чинганчгук взял в руку стаканчик, отправил его содержимое в рот и принялся обсасывать ломтик.

– Свежепосоленный брут для храповки – лучшая закусь! – сказал он, когда от фрукта осталась одна кожица.

Все это было проделано с таким смаком, что на Осетра вдруг обрушилось зверское чувство голода.

– А я думал, это сахар, – сказал Осетр.

– Брут, можно, конечно, и с сахаром трескать, но я предпочитаю соль. Тогда вкус становится совсем пикантным.

Нет, этот дядька определенно был осужден не за бандитизм.

– А что, Каблук, – Чинганчгук повернулся в сторону громилы, – на Солнечном был сегодня?

– А то, – с важным видом сказал Каблук. – Шебутня – святое дело. Чтобы черепам жизнь медом не казалась.

– Чего на сей раз бузу устроили?

– Да как и всегда. Новый черепок, что месяц назад к нам поставлен, попытался у дядюшки Карабаса телку отобрать.

Ну вот и пошумели.

– Мы раньше оттуда умотали. Думаю, это в воздух, из карабинов, для устрашения. Во всякой шебутне находятся братаны, не желающие расходиться, когда с черепом договоренность достигнута. Придуркам начинает казаться, что они теперь могут повлиять на черепов в решении любых вопросов. Вот таких и разгоняют выстрелами.

– Если бы хотели кого убить, – встрял Наваха, – вместо огнестрелов плазменники использовали.