Гвардеец

Видно, Карабас что-то срочное поручил… Чинганчгук на вахту двинулся?

Осетр просмотрел меню. Ему вдруг захотелось взять что-нибудь совершенно незнакомое, с местным колоритом. Вот только надо бы разобраться, чтобы было съедобно, а то…

Впрочем, Макарыч быстро ему объяснил, что похлебка по-ристалевски – нечто вроде картофельного супа, только вместо картошки использованы местные клубни (очень вкусные, кстати!); что гарнир к биточкам очень смахивает и по виду и по вкусу на рис, хоть и называется друзом (собственно, это есть рис, только подвергшийся местным мутациям); ну а что такое желе из брута, Осетр и так уже знал

– Присаживайтесь! Сейчас Маруся принесет.

Столик под «иконой» был занят. Осетр высмотрел свободный и устроился за ним. Требовалось подумать. Известие, что Каблук исчез отсюда с час назад, наводило на определенные подозрения. По крайней мере, мысль о том, что мужичонка Сереженька был направлен Карабасом именно сюда, казалась близкой к истине. Вполне возможно, Каблук как бы находился на дежурстве в ожидании распоряжений пахана.

Распоряжения последовали, и банда ринулась их выполнять. Но тогда получается, что они могли отправиться и на выполнение Осетрова заказа…

За соседним столом сидела изрядно набравшаяся компания из четырех человек с баранками на шеях. Шумели так, что обстановка для серьезных размышлений делалась неподходящей, и потому Осетр решил поразмыслить над происходящим позже, вернувшись в гостиницу. А сейчас поневоле начал прислушиваться к пьяной болтовне.

– А я тебе зуб даю – чтоб меня черная дыра сожрала! – что Каблук в лесах вокруг Черткова кого угодно найдет. – Говорящий грохнул по столу кулаком. – Подумаешь, какой-то торгаш – чтоб меня черная дыра сожрала! Где торгаш побывал, там о нем всегда разговоры остаются.

Перемежаемые матерщиной общечеловеческие слова выражали неглупые мысли. Торгаши либо рекламируют свой товар, либо продают его. И в том, и в другом случае их видит масса народу, а язык у народа длинный, особенно если ему, народу, стаканчик храпповки выставить на опохмелку или банкнотку какую-никакую с портретом государя-императора пообещать.

Тут тебе расскажут даже то, чего и не было… хотя, нет, чего не было, Каблуку народ рассказывать не станет, побоится Кучерявого, потому что Кучерявому перышко в печень воткнуть, что телку пощупать. Короче, братва, мы с вами на вахту не успеем заступить, а Каблук уже будет знать, куда делся пропащий.