И все мысли о якобы-парне по имени Лука выбивались из головы.
Только он был Халидом, а теперь его статус не определён. Цербер или только играет его роль? Сейчас нельзя ошибаться и лишние движения делать. И отказывать тоже нельзя.
– До завтра, брат."
"Глаза мужчины впиваются в моё лицо. Понимаю, что он недоволен. Но у меня так мало времени было обдумать, что не могу ничего сделать. Только часто моргать, надеясь, что Халид исчезнет подобно миражу.
Не исчезает.
– Я не люблю, когда меня расстраивают, Ада. Мой намек был слишком прозрачным?
– Ты достаточно напроверялся, нет? – пытаюсь хоть что-то выдавить.
Отодвигаюсь на край дивана, подтягивая к себе ноги. Стараюсь не думать, что этот мужчина только что делал со мной. – Мы договаривались о другом!
– Мы ни о чем не договаривались, - Халид расслабленно откидывается на спинку дивана. Спокойный, уверенный, будто в джинсах ничего не жмёт. Тянется к столику за бокалом, не предлагая мне. – Ты пока меня не радуешь.
Конечно, развлечения с убийствами я не организовываю.
Почти что обнаженная девушка – сплошная скука.
– И как я должна радовать?
– Покажи, насколько тебе нужны бабки. Для начала – поцелуй.
Поцелуй я могу. Наверно.
Передо мной тот, кто разрушил мою жизнь. Отобрал единственных близких. Могу вытянуть ладонь и коснуться его пальцев, которыми мужчина сжимал пистолет. Заглянуть в глаза, которые смотрели на то, как горел дом. И провести по венке на шее, которую хочется перегрызть.
– Поцелуй.
Киваю, пытаясь собраться. Господи, я выживала в таком аду, который Халиду даже не снился.
Прикоснуться к тому, кого ненавижу, самая малость, что могло случиться. И кончить от его пальцев. Лучше, чем на протяжении долгих лет отбиваться от приставаний других детдомовцев и преподавателей.
Я ничего не смогу сейчас сделать. Даже ножа под рукой нет, чтобы разобраться с Халидом. Цербером. Кем бы этот мужчина не был. А значит, я должна сделать то, что всегда умела. Затаиться и выжидать. Играть по чужим правилам, пока не найду другого варианта.
– Нет, детка, - ладонь мужчины зарывается в растрёпанные волосы, не давая приблизиться. Рушит всю уверенность, что у меня оставалась. – Хочу твои губы ниже.
Халид опускает руку на своё бедро, что я точно поняла, насколько «ниже». Сам расстёгивает ширинку, не давая опомниться. Вжух. С таким же звуком всё внутри обрывается.
Отпускает меня, чтобы стянуть вниз брюки. Вместе с трусами, не оставляя никакого шанса на план. Подумать, играясь с одеждой, отвлечь разговором.
