Вадим говорил о невесте Халида? Тот собирается женится на ком-то? Он… А я…
Цепляюсь пальцами за прохладную мраморную столешницу, подставляю ладони и запястья под ледяную воду. Как только мне кажется, что я со всём справлюсь, жизнь подталкивает новые препятствия.
Будто Бог, какой бы он ни был, смотрит на меня с высоты. Проверяет, какой силы удар я могу выдержать.
Потеряй родителей, Ада.
Выдержала? Что ж, вот тебе награда, новая семья.
Потеряй новую семью, Ада. Путёвка в детдом.
Закалилась, а не расплавилась? Значит, сможешь добиться своего.
Добраться до Цербера, попасть в ФСБ. Будешь стараться, будешь награждена.
Но ты ведь грешила, Ада. Поэтому получай Халида, его жесткость, его ласку. Получай всего этого мужчину и решай, что именно с ним нужно делать.
Выживай, Ада.
– Ада? – Халида не смущает, что он в дамской комнате, проходит внутрь, поворачивает ключ. – Не для тебя такие приемы?
Мне кажется, что Бог сейчас смотрит через его глаза. Касается пальцами моего подбородка, нависает сверх.
Как много ты ещё выдержишь, Ада?
Как много осталось до момента, когда ты с хрустом сломаешь?
И последние вопросы бьют в голове не голосом Бога.
Лишь Халид, ему так интересно распотрошить меня и забраться в мысли. Проверить всё-всё, чтобы я не могла ему сопротивляться.
– Что с тобой? – его глаза жгут даже сквозь отражение зеркала. Отслеживаю, словно на картинке, как мужчина подступает. Укладывает ладони на мои плечи, не задевая шеи. – Ада?
– Мне нужно было побыть одной, - произношу совсем не то, что было нужно.
– Я не очень хорошо переношу такие места. Не привыкла.
– Значит, про девочку из небогатой семьи – правда. Ещё полчаса, и поедем домой. Постараюсь закрыть все вопросы раньше. Договорились?
– Да.
Сглатываю, потому что губы Халида касаются мочки уха. Скользят ниже, прихватывают кожу на ключице. Его борода колется, пуская разряды. А ещё меня трясёт от его ответа. Мужчина только что обещал, что закончит свои дела раньше ради меня?
Мужские ладони ведут по талии, пока не сходятся на моем животе.
Мышцы непроизвольно напрягаются, ожидая дальнейших движений. Это как смесь предвкушения и ужаса.
– Я не буду с тобой трахаться в общественном месте!
– Я рад, что трахаться со мной ты вообще собираешься, - Халид усмехается, вдавливая пах в мои ягодицы. – Никто не зайдёт.
– Я не одна из твоих девок, которые будут раздвигать ноги по первому требованию. Иди к ним. Или своей невесте. А меня не тро…
– Ада, - вся моя бравада обрывается, когда мужчина смеётся.
