И ничего серьезнее, ничего вечного. Это же хорошо, это гарантирует мне свободу в конце концов.
Хорошо же?
– Я поняла. Значит, таблетки. Договорились, - бормочу, а сама думаю совсем о другом. Тест я делала после обеда, результат мог быть смазанным, и если Халид повезёт меня к врачу… – И как часто можно увидеть тебя гуляющим по парку?
– Никогда, - мужчина улыбается уголком губ, принимая смену темы. – Я не хожу на свидания, Ада.
– В подростковом возрасте? Тоже нет?
– Я с пятнадцати лет кручусь в своём деле.
Мне было не до прогулок по набережной с девчонками. Если я хотел секса, то знал, где его найти. Без лишней траты времени. А ты? Сколько мальчиков кружило вокруг тебя, пока не поняли, что ты им не по зубам?
– Ни одного. То есть, были, конечно, но… Мне было не до этого, как и тебе.
– Ещё скажи, что первый поцелуй был со мной.
Но именно этого Халид и ждёт. Ему нравится быть первым для меня, ему нравится разбирать меня на запчасти.
Видеть то, что никому не удавалось. Даже те, кто привык к сумасбродной Аде с жаждой мести, не забирались так далеко.
Короткий толчок, чтобы я оказалась вжатой в ствол какого-то дерева. Кора упирается даже сквозь пальто, царапает затылок. Но не так, как щетина Халида колет лицо.
Он слишком внезапно целует меня, не давая подготовиться. Каждый раз словно взрыв. Вспышки по телу, разрывающие грудную клетку. До жжения в губах, под рёбрами, внизу.
Пальцы зарываются в его тёмные волосы, тело подаётся навстречу.
Меня пронзает колючками, заставляя всё неметь. Ощущать только его руки на талии, губы сползающие по подбородку на шею.
Зима длится вечно, а с этим мужчиной мне всегда жарко. Будто уже попали в ад, принимая наказания за свои грехи. И Дьявол здесь. Целует меня, прижимает, заставляет гореть в вечном пламени.
И я горю, сгораю, тянусь навстречу, чтобы урвать ещё немного.
Мы стоим посреди парка, спрятанные меж деревьев. Где-то люди, его охрана, целый мир.
А кажется, что ничего не существует. Только он и я. Только это желание отвечать и не отпускать.
Мужчина вжимается в меня пахом, на коже чувствуется довольная улыбка. Каждый раз, когда я сдаюсь из-за тела, эмоций, чувств – это его личная победа, которой Халид наслаждается. Берёт по полной, отдавая взамен давление внизу живота, желание.
А затем всё перестаёт быть таким простым и приятным.
– Стой. Халид, стой. Пусти меня!
Глава 66.
