– Если сейчас потеряешь сознание, я тебя выпорю. За каждую твою глупость.
Глава 26. Ада
– Ты точно отбитая.
– От отбитого слышу!
Халид кричит, а у меня голова разрывается. Выстрелами на каждое слово реагирует. Да, самый мой идиотский поступок. Но у меня план был. Чуть уйти, а после в оставленную машину запрыгнуть. Хоть что-то делать, а не просто жертвой быть.
Одного раза хватило, далеких двенадцать лет назад. Больше не позволю этого. Ни с кем слабину показывать не буду. А с Халидом дважды сильнее нужно быть.
– Ты меня похитил!
– Оставил до выяснения обстоятельств.
Меня в ванную комнату заводит, причитая. Толкает в сторону душевой кабины, не слушая возражений.
– Я с раной, меня нельзя мочить.
– Тебя таскать по лесу нельзя, а ты сама справилась. Ты вся в грязи, не пущу в чистую постель.
– Могу к себе поехать, мне плевать на грязь.
– Поедешь, - мужчина кивает, снимая хромированную насадку для душа и протягивает мне. Сжимаю дрожащими пальцами, как опору. Мне не страшно, это от потери крови так колотит.
– Когда я разрешу. Пока ты в моем доме будешь, Ада.
– Как долго?
– Столько, сколько мне нужно.
Непробиваемый и нерушимый. Его словно совсем не трогает, что я могла умереть. Что пыталась сбежать, а сейчас всё тело колотит ознобом. Едва теплая вода лишь хуже делает, пуская мурашки. Меня мутит, и мир продолжает расплываться.
– Я теперь вся мокрая, доволен?
– Мокрой ты будешь, когда окажешься подо мной.
– От слёз разве что.
А после дурная мысль проскакивает. Легче бы в рулетку русскую сыграть, где пять патронов вставлено.
Больше шансов на выживание. Но Халид назвал меня отбитой, и такой я являюсь. А поэтому лейку поднимаю, направляя на мужчину поток воды.
Просто так, без цели. Чтобы замолчал и всю надменность потерял. А он… Этот мудак…
Смеётся. Коротко, тихо, будто опасается, что кто-то услышит. Или потешается над моими действия. Халид! Смеётся. Не угрожает, не бьёт и не вырывает душ из рук. А просто головой качает, оставляя на губах короткую усмешку. Лёгкую, приятную.
Не иначе, как все ещё от наркоза отхожу.
– Успокоилась? Могла просто попросить раздеться. Проспишься, отойдешь от таблеток, и начнём говорить. Потому что утром я тебе подобной херни не прощу.
– И сейчас не прощай, Хал, не прощай. Накажи, убей, выгони прочь.
– Нет, колючка, так просто ты не отделаешься.
Это дурацкое «колючка». Меня так пару раз в детдоме пытались назвать, задевая. За что получили сломанный нос и царапины. Ян в том числе. Звучало обидно, злобно.
