Но я, храни Вселенная мои мозги, такой не была. Халид хочет меня, это очевидно. И пока я его забавляю, мне не уйти. И, ладно, без обмана перед самой собой, он хорош собой. Тело реагирует не так, как должно. Желание растекается по телу, когда мужчина сгребает в объятия и доводит до оргазма.
Это есть, очевидно же. Но это не значит, что я превращусь в дрожащую девчонку, которая просто примет свою роль.
– Попытаешься меня отравить? – Халиду словно совсем не страшно.
Хотя я бы с удовольствием попыталась.
– Надеюсь на это.
Но пока могу лишь впихнуть графин с соком, отправляя в столовую.
Сначала я поем, потому уже буду разбираться с Халидом.
Глава 41. Халид
Это граничит с безумием, а я всегда старался держать свои мозги в порядке, в отличии от Цербера. Но мне нравится наблюдать, как носится Ада. Порхает, по сути, расставляя тарелки на столе. И меня припахивает.
Рассуждает, насколько это глупо, одному обедать в огромной столовой.
Надо бы остановить её и заткнуть. Не доросла ещё меня критиковать и советы давать. Но молчу. Всяко лучше, чем когда Ада сидит молча и смотрит из-подо лба. Как дикий зверёк.
Реально на Дамира похожа, не особо внешностью, хотя тоже что-то есть. Повадками. Как на шум оборачивается, вилку сжимает, усаживаясь за стол. Брат таким же был, когда выбирался из бедной жизни.
Потерял родителей, оказался на улице. И именно я, самый конченый из семьи, хоть что-то попытался сделать. Остальные лишь дождались, когда Дамир поднимется и можно будет с него что-то требовать.
Семья это важно, но не настолько. Хер знает, почему тогда за брата так рвал. Едва укрепился на своём новом месте, как начал работу подкидывать. Задания, которые были простыми и подходили для компании Дамира. Зверя, как он себя любил называть.
Глупые клички, в которых нет смысла.
Да, Церберу нельзя светиться, слишком многое на кону. Дамиру – просто, и так уже многие знают, с самого начала знали.
Брат бы поднялся, да, сам.
Дольше, с большей бы кровью и убыткам. А так только одного потеряли, когда-то их же пятеро было. Ещё один такой же прибившийся пацан с улиц. Только умер до того, как даже кличку себе придумать успел.
Валерка, да и всё. Не видел его даже ни разу, не до того мне было. С трудом удерживался наплаву, перестройки в делах шли такие, что многих сметало. Я удержался и смёл остальных.
– Даже не попробуешь отравленной еды? – Ада бровь вскидывает, прижимая к себе ногу.
