Хейло вздохнул:
— Тогда, может, поможешь что-то придумать?
— Что, если изменить на «С тобой я схожу с ума…». — В ответ на мое предложение Хейло согласно кивнул, и я записал. — Что еще можно терять?
Хейло бросил на меня резкий взгляд и сказал:
— Контроль.
Контроль? Вот черт, моему члену понравилось. Записывая, я немного поерзал на кресле.
— Как именно? — спросил я. — Ты хочешь потерять контроль или не можешь ничего с собой сделать и теряешь контроль?
Между бровей Хейло залегла морщинка:
— Песня не обо мне.
Защищается… снова.
— Чтобы написать хорошую песню, ты должен вложить в нее себя.
Я практически видел, как Хейло вспомнил прошлый вечер и мою песню. Ту, в которой я рассказал, как именно хотел ворваться в его тело и насладиться им по полной.
Бля-я... Несколько капель скатилось с еще мокрых волос Хейло вниз, и мне, чтобы не рвануть к парню и не пройтись по его телу языком, пришлось вцепиться руками в подлокотники кресла. Прошлым вечером я впервые попробовал Ангела вкус, но этого было недостаточно.
Катастрофически мало.
Хейло проследил за моим взглядом, смутился, провел рукой по шее, и когда на его пальцах осталась влага, моя решимость разбилась вдребезги.
Я наклонился вперед, схватил его за запястье и втянул два его пальца в рот — мне до боли хотелось основательно распробовать Хейло. Я свернул язык вокруг его пальцев трубочкой, и в этот момент Ангел резко втянул воздух. С его губ уже был готов сорваться протест, и хотя совсем не хотелось, я медленно отпустил его пальцы. Усевшись обратно в кресло, я как ни в чем не бывало, будто минуту назад не трахал ртом его пальцы, взял снова ручку.
— Вот после этой строки, — сказал я, — раз уж ты упомянул о потерянном, то, может, стоит продолжить: назвать причину, или способ, или может то, что получил взамен?
Хейло смотрел на меня во все глаза и, наверное, думал, как можно быть таким деловым и бесстрастным? Особенно теперь, когда, судя по горящему взгляду парня, тот полностью утратил способность концентрироваться.
Я попытался скрыть свое веселье, но губы сами собой расползлись в улыбке:
— Так нормально?
Хейло мог понять эту фразу как угодно.
Сглотнув, парень опустил глаза, а потом встал с дивана и направился к штативу. Его руки мелко подрагивали, и от этого я чувствовал удовлетворение: мне страстно хотелось увидеть Ангела, отчаянно желавшего то, что хотелось ему дать.
— Ты не против? — спросил Хейло, когда его палец замер у кнопки. — Я хочу, чтобы мы не упустили ни одну проработанную деталь.
