Они были в хорошей броне, с острым оружием, на крепких конях, однако на лицах отсутствовали самоуверенность и пренебрежение к врагу, как при походах на росов. Трудно идти на бой с тем, кому проигрывал с разгромным счетом. Это понимали и те, кто остался дома. В городище сразу стало необычайно тихо. Даже кузнецы перестали стучать молотами и молотками.
Соль сильно подросла в цене. Ее выменивали на тяжелые и громоздкие вещи, которые спрятать трудно и с собой не унесешь в случае чего. Предпочли бы продать за золото, но я его не предлагал.
Поэтому быстро набил трюм подешевевшими металлами, черными и цветными, медом, воском, шкурами и зерном. Мехами заполнил свою каюты и кубрик экипажа. Поспим на палубе, ночи уже не холодные. Греки и готы тоже прикупили мехов. Первые — на продажу, вторые — для себя. Их груз хранился на палубе, запакованный в бычьи шкуры и принайтованный к мачте. Управились за неделю.
На восьмое утро снялись в обратный путь. Вода еще прибывала, так что, несмотря на большую осадку, добрались до Днепра без приключений.
По пути видели дым от большого пожара. Наверное, горело другое антское городище.
На обратном пути зашли в Каркинитский залив, в аланам в гости. Всего на пару часов. Я сделал Гоару предложение, не совсем обычное, но он не смог отказаться. Понравилось ему бить гуннов.
36
Зерно и шкуры я продал оптом, остальное отправил на склад. Поскольку из старого Аппы сторож неважнецкий, оставил с ним обоих молодых росов. Переход короткий, а воины они плохие, так что без сопливых справимся.
Гунимунд за это время набрал полсотни добровольцев, в основном готов. Мне показалось, что некоторые лица я видел в цитадели, о чем и спросил гота.
— Да, они на службе, — ответил Гунимунд. — Отпросились на несколько дней.
Агиульфа среди них не было, поэтому я не возражал. Построив солдат на причале, объяснил правила игры:
— Пойдем на гуннов. Если всё получится, как я задумал, потери должны быть небольшие, и каждый вернется на коне и кое с чем, притороченным к седлу.
Десятая часть добычи мне, пять долей командиру наших союзников аланов, остальным по одной. — Затем предупредил: — За сокрытие добычи, невыполнение приказа, сон на посту — смерть. У кого проблемы с этими пунктами, лучше останьтесь здесь, не доводите меня до греха.
Остаться никто не захотел. Погрузили их в трюм, оставив открытым люк. Тесновато там, конечно, было, но солдат на то и солдат, чтобы стойко переносить лишения. Потерпят неполные сутки.
