– Он кивнул Наталье Марковне, она тут же взяла карандаш. Генерал повторил вслух адрес, генеральша записала в блокнот, который лежал на столике в прихожей. – Думаю, мы будем у вас через полчаса, не позже. Спасибо. До встречи. – Владимир Марленович отложил телефон и, не взглянув на Стаса, ушел в комнату. Стас ринулся за ним.
– Папа, в чем дело?
– Ты разве не понял? – Генерал вошел в спальню, снял домашнюю куртку, бросил на спинку кровати, достал из шкафа свитер, натянул его на старую ковбойку. – Я еду к твоей Эвелине.
А ты как хочешь. Можешь оставаться и жрать борщ.
– Володя, хотя бы переодень брюки, – сказала генеральша.
Генерал стал снимать спортивные трикотажные штаны, запутался, чуть не упал. Лицо его налилось бурой краской, он громко, тяжело дышал и вдруг мучительно скорчился.
– Володенька, что с тобой? – Генеральша подхватила его под локоть, усадила на кровать, присела перед ним на корточки и помогла избавиться от штанов. Генерал сидел, согнувшись пополам, сдавленно стонал и держался за живот.
Он выглядел беспомощным и жутко старым. На нем были широкие сатиновые трусы в горошек, из-под свитера торчала клетчатая ковбойка.
– Наташа, что-нибудь от живота… очень болит живот, – жалобно прохрипел он.
Генеральша бросилась на кухню за лекарствами.
– Папа, может, врача вызвать? – спросил Стас, глядя сверху на потную лысину отца.
– Нет… Сейчас пройдет, и мы поедем…
– Никуда ты не поедешь, Володя. Прими лекарство и ложись, – Наталья Марковна влила ему в рот столовую ложку белой, густой, как сливки, жидкости, – а ты, – обратилась она к сыну, – давай отправляйся к своей Эвелине и сразу назад, понял?
– Мама, надо срочно вызвать врача, так нельзя, посмотри, как ему плохо.
Я никуда не поеду, я не могу оставить отца в таком состоянии, – нервно забормотал Стас.
– Ты поедешь, сынок, – Наталья Марковна бережно уложила генерала и накрыла его пледом, – ты поедешь, вернешься и расскажешь, что произошло на этот раз.
– Он опять исчезнет, – пробормотал генерал, – я ему не верю.
Мне уже лучше. Это просто гастрит. Я полежу немного и поеду с ним.
– Никуда он не денется, лежи спокойно, Володя, отдыхай. – Она подошла к Стасу и посмотрела ему в глаза, но уже без всякого умиления, жестко и холодно. – Ты понял, сынок? Ты поедешь, выяснишь, что произошло, вернешься и все расскажешь. А чтобы у тебя не было соблазна опять исчезнуть, тебя повезет Николай.
– Мама, что за бред! – закричал Стас. – Я поеду на своей машине.
