Хильдегарда. Ведунья севера

Издалека и не поймешь сразу, что дом чем-то отличается от остальных, но вот вблизи он производил приятное впечатление. А еще в нем имелись небольшие, но окна. Они меня тоже заинтересовали.

Подойдя ближе, потрогала пальцем гладкую поверхность.

– Госпоже нравится? – услышала я вопрос неподалеку.

Обернулась, замечая рядом с входом в дом мужчину. Он стоял, опираясь на палку, и смотрел на меня пристально, с легкой улыбкой на губах.

– Нравится, – ответила я и подошла к мужчине ближе, рассматривая его.

На вид лет сорок. На первый взгляд он вроде бы не отличался от остальных деревенских жителей, но имелось в нем что-то иное. То ли дело было во взгляде, то ли в гордом развороте плеч. Палка, на которую опирался мужчина, намекала, что у него что-то не в порядке с ногой.

– Госпожа хочет, чтобы я сделал такие же в их ярлом комнате? – спросил он, изучая меня в ответ.

– Ты сделал это сам? – уточнила я, мысленно потирая руки. Мне нельзя упускать такого умельца.

– Верно.

– И камни для дома сам обработал?

– Я получил этот дом от своего ярла, но да, затем я немного поправил его внешний вид. Госпоже не нравится?

– Нравится. Как тебя зовут?

– Балдер, госпожа, – представился он.

– Тебе нравится здесь жить?

– Меня все устраивает, – хмуро отозвался он.

– Если я предложу тебе работу в замке, ты согласишься?

Балдер немного подумал, по-прежнему пристально меня рассматривая, а после медленно кивнул.

– Если госпоже угодно, то я с радостью примусь за работу, на которую мне укажут.

– Отлично, – я легко улыбнулась. – Не покажешь мне, как ты делаешь эти… вещи?

– Отчего же не показать? Идемте.

Когда мы обошли дом, то я еще раз поблагодарила всех богов за то, что решилась прогуляться до деревни. Балдер оказался не только каменщиком, но и кузнецом. Вот только главная его ценность для меня была в том, что он смог сделать стекло. Пусть зеленое, мутное, толстое, с пузырями, небольшого размера, но стекло!

За сборами Балдера я не наблюдала.

"Вот как с  Балдером. В деревнях окон не было, и жителям не требовалось стекло или та же слюда, а ярла он не стал беспокоить, полностью уверенный, что его «поделки» не вызовут никакого интереса.