— Извините… я иногда бываю жутко нетактичной…
— К сожалению, этот вопрос задают практически все, кто попадают в клинику — ну, кроме, тех, кто пришел нос обрезать и губы надуть, вот тем как раз все нравится, — усмехнулась Драгун. — Причем вопрос этот обычно задается еще в приемном отделении — доктор, а вам не противно ко мне прикасаться? Особенно часто его задают пациенты с ожогами.
— Ну, это, наверное, понятно… я видела как-то человека с рубцами после ожога, зрелище-то так себе…
Она пожала плечами:
— Вот вы по роду деятельности общаетесь с разными людьми.
В том числе и с такими, которых вообще нужно от общества надежно изолировать. И как — вам противно?
— Иногда — до тошноты, — честно ответила я, вспомнив парочку интервью с подобными особями. — Но это работа.
— Ну вот и у меня работа.
Драгун заканчивала накладывать мне повязку, когда ее срочно вызвали в операционную. Она извинилась, попросила ассистировавшую ей медсестру Машу закончить и стремительно вышла из кабинета.
— Что-то случилось? — спросила я.
— Наверное, осложнения какие-то, — откликнулась Маша, ловко заканчивая перевязку. — Аделину Эдуардовну только в экстренных случаях вот так дергают, вообще-то у нас все хирурги высшей квалификации, она других не берет на работу. Все, готово. Как чувствуете себя, голова не кружится? Вас проводить?
— Нет, Маша, спасибо, все в порядке.
— Вы не волнуйтесь, с вашим лицом полный порядок, уж я-то знаю, — улыбнулась она, собирая инструменты в лоток. — Если Драгун за что-то берется, то можно быть уверенным, что сделает в лучшем виде.
— Я на это очень надеюсь, — пробормотала я, выходя из перевязочной.
Вид собственного лица пока не внушал мне такой уверенности, хотя головой я понимала, что еще рано делать выводы.
Вернувшись в палату, я прилегла, почувствовав слабость во всем теле. Надо будет после обеда сходить к Драгун и забрать ноутбук и бумаги. Правда, работать я вряд ли смогу, очень уж голова кружится… может, завтра…
С этими мыслями я уснула и проспала даже обед, а когда окончательно пришла в себя, идти к заведующей было уже поздно, ее рабочий день закончился.
Ну ладно, может, это и к лучшему, отдохну пару дней, высплюсь, пока препараты действуют, а там с новыми силами возьмусь за статьи.
— Мне на улицу-то можно? — спросила я у зашедшей Любы.
— Можно. Только на солнце не сидите, постарайтесь в тенечке гулять. И кепку возьмите.
— Кепку?
— Да, на пост подойдете, я выдам. У нас тут своя мода, — улыбнулась Люба.
