— Все будет зависеть от местоположения офиса. Не хочу мотаться через весь город и терять в дороге время, которое смогу провести с тобой, — говорил он, держа меня за руку, и мое сердце переполнялось каким-то новым чувством к нему.
Я вдруг поняла, что готова совсем уйти от Захара — хоть сейчас.
Я могу жить на съемной квартире, лишь бы рядом был Павел.
— Сперва, конечно, будет трудновато, придется снимать, — словно услышав мои мысли, сказал он. — Но со временем купим свою.
— Откуда столько денег?
— Ну, ипотеку же можно взять.
"
"— Я не работаю, — напомнила я, внутренне съежившись.
— Но это ведь временно. Найдем что-нибудь, — уверенно отозвался Павел, и я не стала пускаться в долгие разъяснения о том, что за десять лет не получила ни одного мало-мальски стоящего предложения. — Главное, что мы сможем быть вместе, правда? — он поднес мою руку к губам и поцеловал.
Мне уже давно не было так легко, как этим вечером.
Я не испытывала неловкости, непринужденно общалась, даже смеялась, чего не делала уже очень давно.
И с каждой секундой во мне крепла уверенность — надо решаться, надо уходить, разводиться, потому что вот он, мой единственный оставшийся шанс хоть какое-то время пожить с человеком, которому я не безразлична.
Я ведь еще молодая, почему же должна киснуть в четырех стенах рядом с тем, кто давно уже не воспринимает меня как женщину?
Павел пошел провожать меня, и я, взвесив все, решила, что приглашу его к себе — а там будь что будет. По дороге опять разговаривали, и как-то случайно всплыло имя Стаськи — не помню даже, в каком контексте, кажется, что-то о подругах говорили.
— Погоди, как фамилия? — переспросил Павел.
— Казакова, а что?
— А она не журналист случайно?
— Не случайно. Она журналист, и весьма хороший. А что?
— Да так… показалось, что слышал.
Зайти ко мне Павел отказался, но сделал это так мягко и деликатно, что я даже не почувствовала отказа и не обиделась. А уже лежа в постели вдруг вспомнила, что он живет в том же городе, что и Стаська.
Павел обещал позвонить утром, но мой телефон молчал до самого обеда, и тогда я рискнула и написала сообщение сама.
Ответа тоже не последовало.
Я слонялась из угла в угол, не в силах заняться хоть чем-то, чтобы не быть застигнутой врасплох — вдруг Павел позвонит и скажет, что хочет увидеться. Тянулись часы, а звонка не было.
Внезапно мне пришла в голову мысль — а что, если с Павлом что-то случилось? Ведь бывает всякое — мог попасть под машину, например, или стать жертвой нападения.
