А около нее, похожая на саму смерть, покачиваясь, стояла Ёлка.
Ее растрепанные, словно у ведьмы из старых сказок, волосы падали на сильно побледневшее лицо, с обведенными черными кругами, словно провалившимися глазами.
Я бросила взгляд на реанкапсулу, мимоходом удивляясь, как девушка в таком состоянии смогла выбраться оттуда без посторонней помощи. Взгляд снова вернулся к ней. Но Ёлка не смотрела на нас, ее взгляд был направлен на малышку. Девушка нервно облизнула потрескавшиеся губы и хрипло прошептала:
— Моя! Она моя!"
"Мгновенно пришло воспоминание, как она звала кого-нибудь из стражей, когда мы сидели в яме внутри ее скалы, и говорила, что она хочет себе ребенка.
— Ёлочка! — засюсюкала я, но затем, подумав, что в таком состоянии она может не среагировать на сокращенное имя, которое мы ей дали, и поправилась: — Хаайолла! Это дочка Вероники! А мы тебя вылечим, и у тебя обязательно будет своя дочка! Твоя и только твоя! — но, словно не услышав меня, все так же не спуская глаз с крохи, она прохрипела:
— Моя! Мне нужна ее жизненная энергия!
Глава 53.
Одна
Лерой
Время словно остановилось, когда я увидела, как девушка наклоняется, протягивая руки к ребенку. Насколько мне было известно, ей достаточно лишь коснуться малышки руками и захотеть забрать ее жизненную силу. А много ли такой крохе надо? Мгновение, и… Даже думать о таком не хотелось! Да и некогда было.
Я молнией бросилась к Ёлке с твердым намерением хотя бы оттолкнуть ее. И в то же мгновение к ней метнулся и отец Молли.
Мы с ним столкнулись и разлетелись в разные стороны. Я больно приземлилась на пятую точку и с расширяющимися от ужаса глазами смотрела, как Ёлка берет малышку на руки и как по ее лицу расползается хищная улыбка.
Но тут лицо девушки исказилось страхом, а всё тело подернулось дымкой и… испарилось. Майкл перекатился по полу и успел подхватить падающего ребенка.
* * *Я сидела у отца в каюте, держа обеими руками пузатую чашку с настоящим чаем, а не тем, что подается из синтезатора еды.
Уютный мягкий плед укутывал меня по самый подбородок. Несмотря на то, что в помещениях поддерживалась постоянная комфортная температура, сейчас меня трясло, так что временами мои зубы стучали о край кружки.
— Лерой! Давай ты ненадолго ляжешь в капсулу! Я боюсь, что перенесенный стресс плохо отразится на будущем ребенке! — отец нервно мерил шагами каюту, и сейчас мало походил на того рассеянного ученого, каким я давно привыкла его видеть.
