Лицо вспыхнуло от боли, в голове зазвенело, а перед глазами будто пелена появилась. Рыкнув, отморозок ударил наотмашь. С тихим вскриком упала на пол, чтобы вновь задохнуться от боли, когда тупой нос ботинка со всей силы ударил в живот. Потом еще раз и еще.
— Я научу тебя уважать меня! Научу! — кричал он в перерывах между ударами.
Я пыталась укрыться, свернуться калачиком, но ублюдок все равно находил уязвимые места.
Боль была такой сильной, что в какой-то момент сознание просто отключилось. Но ненадолго.
Все происходило так, как обещал Морозов: кровать, тяжелое тело на мне, не дающие пошевелиться руки, лихорадочно сдирающие одежду, и зловонное дыхание.
— Нет, нет… нет.
Еще не придя до конца в себя, я отчаянно пыталась оттолкнуть его, отпихнуть, вывернуться. Кусалась, царапалась и пиналась. За что получила еще один удар по лицу.
— Да, давай, сопротивляйся. Меня это так заводит, — шептал он, разрывая на мне водолазку, сжимая до боли грудь.
«Не получается».
От мысли о том, что я никак не могу помешать этому ублюдку, внутри что-то оборвалось, и все эмоции просто исчезли.
Абсолютно все. Ни слез, ни истерик. Руки безвольно упали, а я замерла, широко раскрытыми глазами глядя в потолок, признавая поражение и мечтая только о смерти.
Это состояние до такой степени завладело сознанием, что я не сразу заметила изменения. Только что Морозов лежал сверху, покусывая грудь, бюстик с которой успел сорвать, и вдруг стало легко и свободно дышать. Исчезла давящая тяжесть.
Но пришла я в себя не от этого.
Звук выстрела, потом еще один, и я села в кровати, прижимая руки к груди, лихорадочно оглядываясь, пытаясь понять причину происходящего.
В дверях, оскалив клыки, стояла огромная черная пантера.
— Сдохни, тварь! — проорал Морозов, пытаясь одновременно прицелиться и удержать спадающие штаны.
Получалось у него не очень хорошо, или дело в том, что Ник был очень ловкий. Потому что новый выстрел тоже не достиг своей цели. Черная пантера ловко отклонилась в сторону, еще сильнее оскалилась.
— Я король! Я власть! Ты должен сдохнуть! Живучая тварь! — брызгая слюной, прокричал Морозов.
Я, закусив губу, старалась не мешать своим криком. Не стоило сейчас отвлекать Ника. Совсем не стоило. Мне только и оставалось что сидеть в кровати, сжимать кулаки и молчать, мысленно взывая к Богу.
Следующая пуля пролетела над головой зверя, он резко пригнулся, злобно рыкнул, не сводя яростного взгляда со своей жертвы.
— Сука! — рявкнул Морозов, вновь нажимая на курок.
