Тело отреагировало должным образом. Соски стали чувствительными и при соприкосновении с тканью футболки болезненно заныли.
— То-р-р-ри, а я ведь чувствую, — шепнул Ник и повел носом у шеи, вызывая щекотку.
Я тоже чувствую. Вот щекотка от шеи перешла на нос, да такая сильная, что у меня дыхание перехватило. А Н’Ери еще взял и подул за ушко.
Щекотка стала совсем невыносимой.
— Ник, — сдавленно простонала я, замирая и боясь пикнуть.
— Мм?
— Я хочу…
— Да-а-а?
— Чихнуть…
Молчание.
Рука, которая выводила круги на животе, замерла.
— И что?
— Ну, ты же сказал не двигаться, — из последних сил просипела я.
— Измайлова!
Вот зачем так рычать. Напугал ведь.
И я это сделала.
От громкого чиха у меня даже уши заложило.
— Ой, — всхлипнула я, вытерла нос, поправила волосы, постаралась лечь в ту же позу. — Все. Чихнула. Продолжай.
Ничего.
Я на всякий случай досчитала до десяти и обратно, но мужчина как лежал рядышком, так и застыл.
— Ник? — Приподнявшись на локте, я повернулась, чтобы встретиться с желто-зеленым взглядом своего начальника, который, закинув руки за голову, лежал на подушках.
Вид у него был не очень дружелюбный — уголки губ опущены, а между бровей залегла складка.
— Вот скажи мне, Вика, я совершенно не интересую тебя как мужчина?
Кажется, я только что задела чье-то самолюбие.
— Ник, — села на кровати, скрестив ноги по-турецки, — ты очень красивый и очаровательный мужчина…
Кажется, я сделала только хуже, потому что он сдавленно крякнул, повернулся на живот и зарылся лицом в подушку.
— Ник?
Сильные плечи мелко задрожали, и раздались едва уловимые сдавленные всхлипы.
Господи, он же не плачет?
— Ник, послушай. Это моя вина. Я же сказала, что не умею играть. Просто я не воспринимаю тебя как мужчину.
Плечи задрожали еще сильнее, а мне захотелось себя прибить."
"— Ой, не в этом смысле. Ты мужчина. Очень красивый мужчина. Просто за эти два года я научилась смотреть на тебя только как на начальника. И все. Ты правда хороший.
Мне показалось или он только что хрюкнул?
— Э-э-э? Ник? — Я осторожно коснулась плеча.
И в ту же секунду потолок перевернулся, я упала назад на подушки, а надо мной на вытянутых руках завис хищник.
— То-р-р-ри.
Волевой подбородок, красивые, но смазливые черты лица, прямой нос, желто-зеленые глаза, в которых сияли искорки смеха, темно-русые волосы, прядями падающие на лоб и делающие мужчину моложе. А ведь ему около пятидесяти. Хищники стареют гораздо позже людей и живут дольше.
— Кхм.
