— Совсем. Поздороваться можешь, улыбнуться и кивнуть. И еще — не отходи от меня ни на шаг. Даже в туалет. Захочешь — терпи.
— Да поняла я уже, — буркнула в ответ и вздохнула. Все-таки соврала, было страшно, но пока мне удавалось держать себя в руках. — Ник?
— Мм? — Он почти вышел из машины и обернулся, недоуменно меня рассматривая.
— Все будет хорошо?
— Конечно. Мне еще тебя родственникам представлять.
И улыбнулся. Просто улыбнулся, а мне полегчало. Он ведь прав, я еще не сыграла свою роль невесты до конца. Значит, будем жить.
В дверях ждал самый настоящий дворецкий в жилете и бабочке, он взял у нас зимние вещи. Ему бы еще тапочки выдать, потому что от наших ботинок на белоснежном мраморном полу оставались жуткие грязные разводы и лужицы. Мне даже немного стыдно стало перед этим невозмутимым старичком. А Ник будто ничего не замечал, внимательно смотрел по сторонам и молчал.
— Прошу за мной, — произнес подошедший к нам мужчина.
Вот точно охранник, потому что такая громадина могла существовать лишь для одного — калечить одних и защищать других.
— Шеф сказал тебе ждать здесь, — вдруг произнес амбал, и я ощутимо напряглась, думая, что эта фраза адресована мне.
— Какого хрена? — взорвался за моей спиной Морозов-младший. — Я с ними пойду.
Его вопли не произвели на мужчину никакого впечатления.
— Шеф сказал, я выполнил, — равнодушно ответил он и передернул могучими плечами, из-за чего ткань пиджака сильно натянулась, того и гляди порвется.
Я на всякий случай пододвинулась поближе к Нику и взяла его за руку.
Он ведь сказал держаться рядом.
— Прошу за мной, — вновь обратился к нам амбал.
Морозов-старший ждал в сумрачном кабинете, восседая на огромном кресле. Мне почему-то вспомнился старый фильм. Один в один «Крестный отец», ожидающий, что мы раскланяемся и пойдем целовать ему ручку.
Коренастый, плотного телосложения, с зачесанными назад седыми волосами и крупным носом, бандит методично барабанил толстыми пальцами по крышке огромного стола.
— Господин Морозов, — невозмутимо произнес Ник, без приглашения опускаясь в одно из кресел и усаживая меня в другое.
— А вы? — сухо произнес тот, продолжая барабанить по столу.
Бум-бум-бум. Нервировало страшно.
— Н’Ери. Ник Н’Ери.
— Хищник?
— Да, — и откинулся на спинку кресла, расслабленный, довольный и спокойный.
Действительно, а чего ему бояться, он же двуликий, а мне так не повезло.
— Н’Ери, — задумчиво повторил Морозов и на мгновение перевел взгляд на меня. — Так вы тот самый начальник из Москвы.
