— Даже так, — задумчиво произнес тот, по-новому меня рассматривая.
Этот взгляд испугал еще больше. Настоящий бизнесмен всегда ищет выгоду, и сейчас бандит явно просчитывал возможные варианты использования моего бренного тела в своих интересах.
Видимо, эта мысль посетила не только меня, потому что хищник неожиданно произнес:
— Господин Морозов, если с головы моей невесты или кого-то из членов ее семьи упадет хоть один волос, я объявлю вам войну! Настоящую, кровавую и затяжную. За моей спиной стоят мои сородичи.
А что у вас?.. И не трогайте их магазин!
Я тяжело сглотнула. Вот это заявление!
— Войну? — недоверчиво переспросил бандит. — А не слишком ли много ты на себя берешь? Вы, двуликие, забываете о том времени, когда прозябали у себя в резервациях. Вы здесь на правах гостей.
— Я предупредил.
— Что в тебе такого? — Морозов снова взглянул на меня и задумчиво пожевал губы. — Обычная ведь, даже подержаться не за что… Значит, это твое последнее слово?
Мужчина перевел взгляд на Ника.
— Да.
— Мне нужен этот магазин.
— Найдите другой.
Тишина, во время которой я только и могла что считать удары собственного сердца. Перекрещенные взгляды и определение победителя — того, чьи угрозы возымели действие.
«Лишь бы получилось. Лишь бы удалось…»
— Мы друг друга поняли? — поинтересовался Н’Ери, вновь откидываясь на спинку кресла.
— Несомненно. Рад нашей встрече. Вас проводят.
Нас действительно отпустили.
Но я смогла выдохнуть лишь в тот момент, когда, выехав из ворот, мы отправились домой.
— Господи, — прошептала едва слышно и задрожала.
Меня в буквальном смысле затрясло, пришлось обхватить себя руками, чтобы хоть как-то успокоиться.
— Испугалась?
— Это же Морозов. Он мог нас закопать у себя в садике под кустиком, и никто бы слова не сказал и ничего не доказал.
— Сомневаюсь.
— Ты правда разговаривал с К’Аури? — глядя, как мимо нас на большой скорости пролетают деревья, спросила у Ника.
Это немного успокаивало.
— Конечно. Я же прибыл на чужую территорию.
Это знак уважения, Вика. Хищник обязан представиться и поздороваться с главой общины.
— А к тебе в Москву тоже приезжают здороваться? — вдруг спросила у него.
— Я не настолько важен, — усмехнулся Ник. — Но да, иногда бывает.
— Дорогу помнишь?
— Конечно.
Снова тишина, которую вновь нарушила я:
— Спасибо.
— Все для тебя, Тори, — то ли в шутку, то ли всерьез ответил Н’Ери.
Домой мы вернулись около половины второго утра. Я чувствовала себя разбитой.
