— Не новость, конечно, — беспомощно пробормотала я, всеми силами пытаясь не смотреть на неприкрытые части тела. — Но ведь это я, то есть мы… Я хочу сказать… Черт, Ник, так же нельзя.
— Почему?
Глаза, вернувшие привычный зеленый цвет, были обманчиво невинными.
— Потому что это неприлично!
— Мы жених и невеста.
— Фиктивные!
— Давай сделаемся настоящими. Я только за!
Ответить я не успела, неожиданно дверь за моей спиной заскрипела и открылась, явив на свет заспанное чудо в розовой пижаме.
— Тетя Вика, — потирая кулачками глазки, произнесла племяшка.
Этого времени хватило, чтобы Ник упал на кровать и прикрылся одеялом по самую шею, сделав страшные глаза. Я ответила ему не менее выразительным взглядом:
«Какого черта ты не закрыл дверь?!»
«Я не думал, что к тебе входят без приглашения».
Пробормотав под нос весьма нелестную умственную характеристику шефа, я присела на колени и взглянула на малышку.
— Доброе утро, принцесса.
— Пливет.
Мила обхватила меня за шею и уткнулась носом в плечо.
— Ты чего не спишь?
— Плоснулась.
— Кошмар приснился? — Я подняла племянницу и прижала к себе.
— Нет. Папа маму щекотал и лазбудил.
— Щеко… — недоуменно начала я и прикусила губу.
Ник в кровати громко хрюкнул и спрятал лицо в подушке.
— Да, щекотал, а мама охала.
Убью Дашку, и Лешку убью. Детский сад, честное слово. Другого времени не нашли, идиоты. Да еще рядом с ребенком.
— Кушать хочешь? — Я попыталась перевести разговор с опасной темы.
— Хочу.
— Тогда подожди, сейчас я надену халат, и мы спустимся вниз, будем завтракать. Что ты хочешь?
Опустив племянницу на пол, быстро подошла к креслу и схватила халат.
— Ладушки.
— Значит, будем делать ладушки, — завязав пояс, я поправила воротник, так, чтобы скрыть свежий укус (жаль, волосы теперь короткие, придется внизу искать лейкопластырь в аптечке), обула тапочки и вновь взяла Милу на руки. — А дядя Ник спустится потом. Да?
Ник насмешливо глянул на меня, потом на малышку и выдал:
— А пощекотать?
Молча продемонстрировав ему комбинацию из трех пальцев, я вышла из комнаты.
Только спустившись вниз, вспомнила незнакомое слово, произнесенное хищником в пылу страсти: «шаери».
И что это такое?"
"Внизу уже хозяйничала мама. Она всегда вставала раньше всех, даже когда болела.
— Привет. — Я поцеловала ее в щеку и поудобнее перехватила Милку, которая завертелась, пытаясь разглядеть, что такого вкусного готовит бабушка.
