Ваня тихо спросил у меня, чтобы он не услышал:
— Господин, я могу вмешаться, если что-то пойдёт не так?
— Что может пойти не так? правил нет. И бьёмся мы насмерть.
— Ну, не знаю. Какая-нибудь подстава.
— Этого не будет, поскольку Черепахов сам был не в курсе, что мы будем сражаться на изнанке. А за два часа маловероятно, что он успел там устроить засаду.
— Я сейчас читаю книгу о боевой магии, и там раз десять говорилось, что не стоит недооценивать врага.
— Согласен. Враг может быть хитёр, но ты должен быть хитрее.
Всегда иметь запасной план. Всегда быть на шаг впереди. А иначе — не выживешь.
— А не вы ли, случайно, эту книгу написали? — усмехнулся Ваня.
— Нет, может, на старости лет посвящу остаток жизни, чтобы передать все свои знания. Но пока не до этого.
— Так, значит мне просто стоять и наблюдать за дуэлью? И больше совсем ничего не делать?
— Именно! Поскольку мы бьёмся насмерть, нужны свидетели с обоих сторон. Чтобы мне потом никто не предъявил за убийство исподтишка. Дуэль же неофициальная.
И будут вопросы, когда один ученик академии пропадёт.
— Понял, — кивнул парень.
Мы подошли к статуе Нерпы, которая, к слову, изображалась, не как тюлень, а как красивая женщина. Сделана она была из белого мрамора, словно древнегреческая статуя. Скульптор настолько умело над ней поработал, что она напоминала живую.
Но в отличие от реального живого артефакта были отличия. В живых глазах и микроскопических волосках на теле, что я видел на статуе матери.
Да, вместо того чтобы смотреть на недовольное лицо Черепахова, я рассматривал статую, пока он что-то там себе бубнил под нос.
— Акулин, ты вообще меня слушаешь? — недовольным тоном прикрикнул Черепахов.
— Нет, — честно ответил я. — Сдались мне твои речи?
Лицо Черепахова покраснело от злости, что хорошо было видно в свете магических светильников. Мне же хватило двух часов, чтобы отогнать накатившую ярость и вернуть холодную голову. Это было очень важно для предстоящей схватки. Ведь, когда бушуют эмоции, легко совершить ошибку.
— Хватит уже бузить, — спокойно сказал я. — Открывай портал и погнали!
— А тебе не терпится умереть? — злобно оскалился Черепахов.
— Это тебе походу не терпится, раз слугу за мной отправил.
— А не фиг опаздывать!
— Да открывай уже портал. Мне не терпится набить тебе морду.
Черепахов оскалился, и в купе со шрамами на лице и шее, это выглядело зловеще.
Он достал артефакт в виде маленького стеклянного шара.
— Он что одноразовый? — нахмурившись, спросил я.
