— Мне Пашку в офисе не доверят, ты же слышала Баринова, ну а Диля всегда хорошо ладила с Кальяновым, наверное, поэтому наш новоявленный босс и решил так.
В телефоне повисло молчание. Очень непохоже на Ингу.
— Ладно, я тогда сама поговорю с Саввой, — наконец, недовольно выдохнула она. — Олеська была в печали весь вечер, даже разрешила Козлову себя проводить домой. По крайней мере, в такси они сели вместе.
— А Баринов с Никой? — не удержалась я от вопроса.
— Ага. — В трубке подозрительно зашуршало. — Слушай, не могу больше говорить, окей? Завтра на работе тогда…
Она резко оборвала разговор, но я успела услышать на заднем фоне мужской голос.
Интересно, у Инги наконец кто-то появился?
Кальянов вернулся к пяти часам, и не один, а с большим букетом роз. Я не удержалась от довольной улыбки: мои любимые.
— Хочешь извиниться? — Я уже взяла в руки вазу. Пашка давно не дарил мне цветы. — Почему ты не сказал, что отдал котенка Баринову?"
"На покрасневшем лице отразилось искреннее недоумение.
— Я принес тебе розы потому, что так захотел.
— Пашка стянул с себя куртку и пошел мыть руки. И уже из ванной добавил: — Вообще-то это я ждал извинений за вчерашнюю истерику. Ты поставила меня в неловкое положение перед Саввой.
— Что, прости?
Розы мгновенно потеряли свое очарование.
— Да сдался тебе этот кот! — Кальянов вышел из ванной, судорожно комкая полотенце в руках. — Ты все равно не могла ничего с ним сделать, у отчима аллергия на шерсть. А Савве кот понравился. Я что, не мог оказать услугу другу?!
Я думала, что подготовилась к этому разговору.
Оказалось, что нет.
— Ты заставил меня поверить в то, что котенок погиб, — прошептала я, подходя ближе к Кальянову. — Сказал бы прямо, что отдал Самсона Баринову.
— Да ты бы прибила и меня, и Савву! — взвизгнул Пашка, и я поняла, что он прав. Именно так я бы и поступила. — А так все довольны и счастливы. Ты довольно быстро успокоилась, всего пару недель и…
Я не выдержала. Зажмурившись на мгновение, подняла руку и влепила Пашке пощечину. Первый раз в жизни я ударила любимого человека.
Он застыл на месте, а потом, не сказав мне ни слова, развернулся и рванул в прихожую. Через несколько секунд хлопнула входная дверь.
Я не стала его останавливать, лишь подошла к окну и увидела, как сорвалась с места наша «ауди».
Мы никогда так не ссорились. Ни-ког-да! Я даже не была уверена, что он вернется ночевать. Гипнотизировала телефон, но тот молчал. Раньше, если мы ругались, я всегда звонила Дильке, и она меня успокаивала.
