Моя тихая гавань…
Мир перевернулся, как только приехал Баринов, он все поставил с ног на голову. Вот только я больше не в университете…
— Пожелаешь мне удачи? — Кальянов легонько погладил меня по плечу, и я вздрогнула. — Мы приехали. Сегодня мой первый рабочий день.
Не дожидаясь моего ответа, Паша коснулся губами моих губ. Все как обычно, но я едва удержалась, чтобы не дернуться назад.
— Я понял. — Кальянов почувствовал мою реакцию. — Все еще злишься? Я вчера весь день наматывал бессмысленные круги по МКАДу, все думал… Может, ты не хочешь, чтобы я работал вместе с тобой?
— Нет, конечно! Паш, я устала оправдываться, вот честно! У нас раньше никогда такого не было.
Я не виновата в том, что более успешна, чем ты!
Зря я это сказала, очень зря. Кальянов побледнел и чуть ли не пулей вылетел из машины."
"На первом этаже нас встречала Диля. Точнее говоря, не нас, а Пашку. Я молча кивнула Юсуповой и быстро пошла вперед — видела, как толпа уже входила в раскрывшиеся двери лифта. Я поторопилась и успела. Диля с Кальяновым остались внизу.
— Привет, Кать, тебя искал Баринов. — Серега, наш старший аналитик, с любопытством косился на меня. — Как твой жених, Кать? Пришел в себя после встречи с котом Саввы?
— Павел с сегодняшнего дня работает в «Элиоте», так что спроси у него сам. А чего Баринову нужно?
— Он мне не сказал. — Серега криво улыбнулся. — Знаешь, я был удивлен, что ты пришла на вечеринку. После того, как он тебя понизил…
Я смотрела в серые нахальные глаза и удивлялась, как я могла раньше так доверять этому козлу.
Да потому, что он всегда в рот тебе смотрел и восхищался каждым твоим решением. Как и Паша!
— Работа стала чуть проще, ответственность уменьшилась в разы, зарплата та же. — Я пожала плечами. — На что мне обижаться? Что я больше не обязана прикрывать чужие задницы, например твою, Сереж? Теперь каждый сам в ответе за свои косяки. А Баринов тот еще черт с рогами, поверь мне.
— Вот чего-чего, а рога мне никогда не наставляли, — раздался за спиной веселый голос Баринова.
Я медленно повернулась. Савва стоял, облокотившись на косяк двери, и сверкал, как бриллиант на солнце.
— То есть с чертом ты согласен? — спросила я, мне с трудом удавалось сохранить спокойное выражение лица.
— На выход, Дымова, — уже без улыбки произнес Савва. — С вещами.
Сзади раздался довольный смешок Пермякова — Серега, похоже, решил, что меня увольняют. Дурачок тогда: такие, как Баринов, не опускаются до публичных разборок, для этого у них есть эйчар.
