Хочу тебя испортить

Если бы я оставил Любомирову в покое… Если бы не пытался ей, себе и другим что-то доказать… Если бы не отрицал очевидного… Если бы…

Едва из операционной показывается какой-то мужик в голубом медицинском костюме, вскакиваю на ноги. Машинально тру рукавом по глазам. Слабо реагируя на всех остальных, преграждаю врачу путь.

— Я хочу лечь под нож. Заберите мое сердце. Все, что надо, подпишу.

— Кирилл… — рвется со стороны потерянный голос отца."

"— Бойка… — вторит ему Чара.

— Успокойся, парень, — устало отзывается врач.

— А клапан… — судорожно выдыхает Варина мать.

— Говорю же, все нормально там. Проблема не в сердце. Переломы у нее и еще какие-то внутренние повреждения.

— Очень опасные? — мачеха уже голосит.

Я же с трудом делаю вдох и заставляю себя чаще моргать.

— Не могу сказать. Я — кардиолог, — встряхивает головой и на мгновение прикрывает покрасневшие глаза. А я только догоняю, что день уже закончился. На дворе глубокая ночь. Сколько часов прошло? — Ждите, — бросает и уходит.

Если бы это было так просто… Если бы…

— Она ведь никому ничего плохого не сделала… — задыхается мачеха новой порцией слез. — Всегда всем помогала… Даже в ущерб своим интересам… Добрая, открытая, наивная была… Ранимая…

Так говорит, будто… Будто Вари уже нет.

Я сам сказать ничего не могу, но грудь прорезает жгучим всполохом. Подрывает все, что осталось. Чтобы не сорваться и не заорать от боли, прикрываю веки и медленно отхожу в сторону. Опираюсь на стену спиной и съезжаю вниз.

Вернись…

Вернись…

Вернись…

Я же все наврал. Господи, я ей такого наговорил! Как назад теперь отмотать? Нельзя же так оставлять! Даже если ей все равно, я сам с этим жить не хочу. Я без нее не смогу!

— Как ты жить с этим будешь?!

— Никак. Не буду.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Только это и было правдой. В этот вечер только это.

Какой же я идиот! Сволочь! Подонок! Зверь! Сговор с Чарой меня оскорбил? Дураком себя почувствовал?! Обиделся?! Думал, что больно от Вариного «чтоб он от меня отстал»! Больно?! Кто-то выше решил показать мне, что такое больно.

— Кир, я… Я тебе нравлюсь?

— Больше.

— Ты мне тоже… Больше.

Сердце дубасит оглушающим ритмом.

Сколько же я всего наворотил! Сколько раз умышленно, прицельно, на кураже и просто безалаберно ранил.