Хочу тебя испортить

— Это, блядь, не улыбка, а ухмылка, — демонстративно подтягиваю верхнюю губу и обнажаю в оскале зубы.

— Ну да, ну да… — закатывает этот черт глаза.

— Стой здесь пока. Держи периметр. Свиснешь, если коменда или Франкенштейн привалят. Пойду ее вздрючну.

— Ты там это… Не перестарайся, — и смотрит на меня, как на ирода.

— С каких пор ты меня лечишь, с кем как стараться?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Пытаюсь не распыляться, но советы всегда в штыки воспринимаю.

Даже если они сказаны лучшим другом.

— С тех пор, как появилась Любомирова, — спокойно отзывается Чара. — По-моему, ты с ней берегов не видишь.

— Еще, блядь, скажи, что пришел сюда, чтобы за мной присматривать.

— Может, и да.

Упирая руки в бедра, медленно цежу воздух.

— Не ты ли первый рвался натянуть этих баранов, как только прознал, что они едут?

— Это другое. Она — девчонка."

"— А мы что, стадо по половому признаку отсеиваем? — вслух недоумеваю, а внутри вдруг что-то скребет.

Не позволяю этой язве открыться. Грубо высекаю основной аргумент: — Она меня бесит.

Чара отводит взгляд и выразительно вздыхает.

— Да не гони ты по беспределу, вот и все, что я хочу сказать.

— Сам все знаю, — бросаю ему и направляюсь к Любомировой.

Хватаю ее за руку и увлекаю к противоположному выходу из зала. Останавливаюсь, только когда громкость долетающей до нас музыки позволяет говорить без крика.

— Слабо подняться со мной в одну из комнат?

Ее глаза горят.

Подозреваю, в моих — шальной блеск не меньше.

— А тебе слабо потанцевать с моими друзьями?

— Я первый спросил, — сердито выговариваю.

Меня раздражает, что она не соглашается.

— А я тебя сюда пригласила. Когда ты меня к своим друзьям звал, я пошла одна и делала, что ты говорил.

— Это что, блядь, воспитательная выволочка? Ты пошла не одна, а со мной, зануда.

— Это одно и то же!

Она разъяренно выдыхает, я неосознанно повторяю. Прожигаем друг друга взглядами.

— Я скорее застрелюсь, чем стану тусить с этими дебилами!

— Тогда уходи!

Разворачиваясь, намеревается уйти обратно в зал.

Но я ей этого не позволяю. Сам не знаю, чем руководствуюсь… Ловлю Любомирову за руку и вытаскиваю на улицу.

— Что ты делаешь? Куда меня ведешь?

— Мы уезжаем, — говорю по факту и запихиваю ее в машину.

— Я никуда с тобой не поеду. Ты меня бесишь!

Упираю ладони в автомобильные стойки, не давая ей выбраться обратно. Нависаю, чтобы взгляд поймать.