Хочу тебя испортить

— Какая она моя, если из-за тебя я такой? — рявкаю, выдыхая часть боли, которую больше не способен терпеть.

— Из-за меня?

Резво подскакивает с кровати. Несется на меня, как торнадо. Отворачиваюсь до того, как слишком близко подберется. Я ведь знаю, чем это чревато. Пытаюсь избежать конкретного месива. Только Варя не унимается. Сжимая ладонью мое предплечье, пытается развернуть. У меня, мать вашу, сходу тактильный шок — ее прикосновения оставляют ожоги. Машинально напрягая мышцы, остаюсь неподвижным. Тогда Любомирова сама шагает вперед.

Совершаю разворот в другую сторону, но она, словно назойливая липучка, вертится следом за мной."

"Шумно выдыхая, в какой-то момент поддаюсь поджегшему нутро импульсу и позволяю ей приклеиться к своей груди. Именно так. А еще говорит, что я ненормальный. Сама сумасшедшая, что делает? Обхватывая мое лицо, влетает взглядом в душу. А там ведь уже битое стекло… Едва запах ее вдыхаю, и разрывает.

— Из-за меня? — срывается с ее припухших вишневых губ. — Знаешь что… — я сам пошатываюсь и натужно дышу, пока она передо мной от какой-то внутренней дрожи качается.

 — Обвинять меня во всем — это слишком, даже для тебя.

— Может, и слишком… — хриплю, будто какой-то тифозный. — Да по-любому слишком… Только… Может, я впервые правду тебе сказал, м? — так тихо я еще ни с кем не говорил.

Не имею привычки шептать и интонации такие использовать. Все это дико странно, но остановить невозможно.

— Никакая это не правда! — задыхается передо мной Любомирова.

Руки сами к ней тянутся.

Одна на спину ложится, другая под волосы на затылок забирается.

Сука…

У меня на нее точно какая-то аллергия. Все воспаляется, отекает, жжет, пульсирует и горит.

Прикрываю веки, чтобы губ ее не видеть, и с тяжелым выдохом опускаю голову ей на макушку. Держу осторожно, но не даю вырваться. Стискивая зубы, с силой зажмуриваюсь.

Ее запах — чистый яд. Но я дышу им на полную катушку.

— Что бы ты обо мне ни думала, ничего подобного я не планировал, — тем же шепотом выдыхаю ей в волосы.

Больше сказать не получается.

Не могу же я признать, что без какого-либо плана ее тогда забирал с собой. Да я перед самим собой не способен признать, что защищаю ее, и что хочу быть рядом. Допускаю эту мысль сейчас только для того, чтобы выдохнуть часть напряжения. Вместо этого шарахает меня эта информация по голове, как какой-то смертельный диагноз.

Что дальше?

Что, мать вашу, дальше?

Когда увидел Варю всю в земле, внутри что-то сломалось и рухнуло гремящими обломками вниз.