Этого слова просто не существовало в моей жизни. А сейчас оно есть. И оно такое огромное. Всепоглощающее. Огненное. Незаменимое.
Выполнив череду машинальных действий, бросаю все и иду к Варе. Она вздрагивает, когда между ног пробираюсь. Ничего такого не требую. Странно, но не до секса, хоть и привстает. Ее взгляд, запах, уникальное тепло. Это скорее физика сейчас – пористое тело, наполненное кровью дубеет и подрывается. Как-то так, в общем. А рулит ведь химия – она прорезает и долбит грудь. Дергаю Любомирову к краю, только затем, чтобы притянуть к себе.
Целую, потому как это уже инстинкт, когда вижу ее губы. Прихватываю слегка, она уворачивается. Упираясь ладонями мне в плечи, смотрит в глаза.
– Насчет моего плана… Я серьезно, Кир! Нам нужно учиться, работать и поддерживать социальные связи. Иначе в таком ритме, как сейчас, мы в самом деле двинемся.
– Ты слишком умная, – выдыхаю я с откровенным сожалением.
Варя пару секунд таращит на меня глаза. А потом вдруг смеется.
– Это вообще-то достоинство!
– Ну да… – соглашаюсь, неосознанно лапая ее бедра.
– Но иногда мешает.
– Кому мешает?
– Мне.
– Ну, Бойка… Тебя же самого угораздило! Я ни при чем, – дразнится и веселится.
Мне в разы легче, когда она такая.
– Вообще ни при чем? – включаюсь в тон. – Я думаю, это сработало с двух сторон. А потом уже вырубило.
Варя смеется и мотает при этом головой.
– Кого вырубило? Или что?
– Все же, Центурион. Все, на хрен, накрыло.
– Ну и хорошо! Круто! Кайф!
– Ништяк!
– Но завтра…
– Завтра, Варя?
– Завтра мы попробуем вернуться к нормальной жизни.
Обещай!
Тяну недовольно воздух. Скриплю зубами.
Однако…
– Обещаю.
Глава 35
Тогда я тоже тебя иногда буду так называть…
Мы действительно стараемся. И хоть сердцем я каждую секунду рвусь к Бойке, социализация меня успокаивает. Возможно, когда я проводила годы и месяцы на домашнем обучении, работа с психологом оставила своеобразный отпечаток. Наверное, я придаю этому чересчур большое значение. Если здоровье позволяет, рвусь к людям. Испытываю крайне сильную потребность в активной общественной деятельности, в какой-то устойчивой, чаще всего лидерской позиции.
Быть услышанной, заметной, полезной. Исключением являлся лишь период, когда я страдала без Бойки. Но сейчас все иначе. Я выхожу утром из своей комнаты, зная, что он встретит меня у общежития. Я слушаю лекцию, читаю доклад на семинаре и вступаю в дискуссию на коллоквиуме, непрерывно держа в мыслях то, что все это скоро закончится, и я увижу Кира.
Он мой.
