Раз уж нутро вырвало, терять больше нечего. Со стоном выдыхая, преодолеваю последние сантиметры трескучего воздуха и прижимаюсь ртом к Вариным губам. Игнорируя ее оцепенение, одичало лижу языком, чтобы сходу набрать максимум вкуса. Раз, другой… И, наконец, впиваюсь со всей одержимостью в ее рот. Раздаю все чувства – без какого-либо сожаления. Без тормозов, прямиком вниз и сразу вверх, когда Варя отвечает.
Жадно. Горячо. Влажно.
И больно. Блядь, конечно же, больно. Без этого никак, понял уже. Слишком большую армию чувств в груди расплодил.
Свирепую и разгромную. Разносит все. В щепки, вашу мать.
Содрогаемся. Мучительно и сладко.
Не прерывая поцелуя, Варя начинает плакать. Точнее, продолжая рывками целовать, в промежутках громко и сипло всхлипывает. Узнаю эти эмоции, и меня замыкает как раз в тот момент, когда она зажимает своими шелковыми внутренними мышцами мой член и, истекая густыми, горячими соками, кончает. Чувствую безумной частоты пульсацию и забываю, что хотел видеть ее лицо на пике блаженства.
Тупо не успеваю оторваться, как сам разлетаюсь. С надсадным стоном, в последнюю секунду выдергиваю из Любомировой член и, не удержавшись на вытянутых руках, тут же падаю сверху.
Судорожно втягивая воздух, прижимаюсь лицом к тонкой шее и замираю, чтобы восстановить не только дыхание... Приходится заново запускать все системы, ибо я с этим оргазмом, видимо, все-таки умер.
[1] Possession (англ.) - владение, распоряжении, хранение, обладание, собственность.
Глава 24
…он рожден доминировать, а я – покоряться…
Когда Кир поднимается и смотрит сначала на свой окровавленный член, а потом и мне между ног, хочется зажмуриться и исчезнуть с лица Земли.
На пару часов, минимум. Пока он перестанет злиться. А в том, что Бойка сердится – нет сомнений. Взгляд, которым он на меня смотрит, является первым тому доказательством. И потом… Когда я, красная и смущенная, покрываюсь с ног до головы мурашками, Кир вдруг хватает меня и переворачивает на живот. Одна пятерня вжимает мое лицо в подушку, а другая… хлестко опускается мне на задницу.
Это больно и оскорбительно. Кожа в месте удара вспыхивает огнем, а потом этот жар стремительно ползет по всему моему телу.
Давление исчезает. Я оборачиваюсь, готовая возмутиться. Но, едва вижу Бойку на ногах, теряюсь. Он дрожит. Всем своим сильным и мускулистым телом. Крупно. Лихорадочно. Выразительно. Грудь высоко и часто вздымается. Он будто задыхается. Шатается, словно пьяный.
Столь яростные переживания я вижу у Кира впервые.
