Хочу тебя себе

Стоя посреди пустой палаты этой дряхлой, старой, сто лет не ремонтированной больницы, я чувствую, как горло сдавливает невидимой удавкой, не позволяя вздохнуть полной грудью. Я её потерял. И нет мне оправдания. Я должен был поверить, пожалеть, понять и проанализировать. Не имел права орать и чего-то требовать, оскорблять и заставлять оправдываться. Я сам во всём виноват. И теперь мы врозь.

Глава 50

Без денег ей далеко не убежать. Я это знаю, поэтому выжидаю и каждую неделю наведываюсь на ферму её дяди. Её родственники меня уже ненавидят, но мне наплевать.

Они и раньше меня недолюбливали. У неё нет других близких, и рано или поздно она сюда приедет, а ещё вернется на учёбу. Ей придётся восстанавливаться."

"От её двоюродного брата-гамадрила мне становится известно, что она полностью поправилась и её здоровью ничего не угрожает. Он говорит много лишнего и кроет меня матом, особенно раздражает этими своими «я так и знал». Но я убираю его с дороги ловким ударом в живот, отправляя в полёт прямиком на навозную кучу.

Главное, что с ней всё хорошо и я добыл информацию.

Без Лены тяжко, я хочу её найти и бьюсь как рыба об лёд, бешусь от бессилия. Много тренируюсь, оттачиваю боевые навыки, избивая других и заставляя противника бить себя. Это ненадолго помогает.

Несколько раз я пытаюсь бросить эту дурную затею. Углубляюсь в пьянки, гулянки, баб. Ищу удовольствие в простых и доступных извращениях. Я хватаю самых красивых и горячих девок за горло, заставляю их танцевать и проделывать такое, что обычным мужикам только снится.

Я напиваюсь до изнеможения и наблюдаю за тем, как они сосутся друг с другом. Чтобы почувствовать хоть что-то, я использую наручники и плеть, но всё это не работает. Мне физически плохо без неё. Клин клином выбить не получается. Противно, пусто и никак. Я ничего не чувствую. Как будто день за днём жру безвкусное пойло.

Меня глушит чёрная тоска, самое противное и гадкое, что может случиться с человеком. Вот кажется: я здоров, раны зажили, у меня есть деньги, бизнес, не пострадавший от нападок Попова, Лев предлагает расширение, всё встало на привычные рельсы, и даже смерть сестры теперь не загадочная тайна, требующая мести, — а я не могу продолжать жить, ничего не радует.

Меланхолия убивает, она та ещё сука. Пьёшь, пьёшь, трезвеешь, и всё возвращается по новой. Огни клубов, вонь ресторанов.

И кабинет Бельского, в котором — я точно знаю — есть информация о том, где скрывается Лена.

— Ты просто зациклился, Саш, вряд ли это любовь.