Хочу тебя себе

Но меня спасает местная медсестричка, симпатичная, кстати, очень даже. Мы с ней друг другу улыбаемся. Вот такие женщины в моём вкусе. Здесь всё понятно. Никаких тебе загибов с подвывертом, а то сначала вазой по голове, потом страсть неземная и глаза влюблённого телёнка, а дальше «Коленька, спаси меня».

Сразу милая и готовая на всё медсестра. Хоть я и прихрамываю, она не окутывает мне мозг паутиной, а нежно берёт под руку и аккуратно ведёт к медпункту, где врачи уже осматривают наших парней.

Теперь я — с не до конца зажившей дыркой в руке, сквозным пулевым ранением в боку и всё ещё похмельем — должен выслушивать нравоучения и технику безопасности во время захвата заложников.

Антон мужик целеустремленный, пока до печени меня не достанет, не успокоится.

Но меня радует, что Хелен не пострадала. На ней ни единой царапины. Она стоит неподалеку и молчит, чем пугает меня гораздо сильнее, чем Бельский при исполнении.

Медсестра заканчивает со мной. Врач даёт радужные прогнозы, и я встаю: голый по пояс, в одних брюках, наискось перемотанный бинтами.

С места не двигаюсь, наблюдаю за тем, как ко мне приближается Лена. Думал, поцелует, спасибо скажет, обнимет, но она, размахнувшись, со всей дури залепливает мне очередную пощечину.

Вот поэтому я не завожу отношений.

Менты охают как бабы, ей-богу. Оглядываюсь, потирая занывшую щеку. Злюсь на них, а так же на Лену и на себя. Эти олухи в форме вообще раздражают: кишки наружу видели, а разборок бабы с мужиком ну прям ни разу. Перед жёнами, небось, на цыпочках ходят.

— Сука, значит? Да?! Так ты меня назвал, Глазунов? — надменно вздёргивает Ленка правую бровь.

А я резко хватаю её за запястье. Сжимаю девичью конечность последней здоровой рукой, что у меня осталась, и дёргаю девку к своему телу. То она хорошая, то плохая, то податливая, то как фурия, я, блдь, совсем запутался. Не поверил — да! Но вернулся ведь — тоже да!

Зло шиплю сквозь зубы:

— А что бы ты на моём месте подумала, а?! Леночка? — наезжаю на неё, несмотря на ранение, напираю, нос к носу.

 — Как мне за секунды надо было определиться, за кого ты? За меня или за Попова?

Она просто тяжело дышит и снова смотрит искоса. Сверлит до самого желудка. Ну вот опять приплыли, с чего начали, тем и продолжаем. Отомстил, блин, убийце сестры, погрузившись в дерьмо по самое не балуй.

— Прихожу в наш номер с целью хорошенько выспаться, прижав к себе симпатичную девушку, а она в это время с Коленькой планирует моё жестокое убийство.