— До бала трахать не стану. А после поглядим.
— А когда мы платье найдём? — начинаю волноваться. — Это много времени займёт. Я не могу так сразу выбрать. Мне надо все посмотреть.
— Расслабься, — отмахивается. — Я уже все выбрал.
— Как? — поражаюсь. — А размер? У меня не вполне стандартная фигура…
— Зачетная жопа и мелкие сиськи, — подводит итог, выбивая дыхание из моих лёгких. — Я в курсе. Все учтено.
— Знаешь, это звучит не слишком…
— Классная у тебя грудь. Аккуратная. В разы круче любых бидонов. Признаю, мне раньше нравились крупные дойки.
Промеж них легко болт всадить и долбить. Но твои булки всухую самые громадные сисяндры побьют.
— Очень сомнительный комплимент, — выпаливаю.
— Я мог иначе сказать, — усмехается. — Красивая у тебя грудь. В ладонь просится. И попа такая, что круче во всем мире нет.
— Тогда почему ты сразу так не выразился?
— Люблю тебя в краску вгонять, — припечатывает. — Милаха такая. Пиздец. Я вот гляжу и балдею. Зрелище улетное.
Теперь я краснею ещё гораздо гуще, чем прежде.
Ну почему? Почему он такой невозможный?
— Доставят и платье, и прочее барахло, — обещает Амир. — А сейчас что хочешь делать? Куда пойдём? Посмотреть чего?
— Просто хочу побыть с тобой, — улыбаюсь.
— Потрахаться?
— Нет, ну я о другом, — бросаю, смутившись окончательно. — Можем поговорить или посмотреть фильм вместе. Пообщаться. Узнать друг друга лучше. Хватит с меня музеев и прогулок.
— Мы в Австрии, а ты предлагаешь в номере торчать?
— Если честно, ночь была тяжелой, — заявляю как есть.
— Я совсем не против перед балом подремать. Отдохнуть накануне такого важного события.
— Вена, — кивает в сторону окна. — А мы будем спать? Просто спать здесь? Даже не трахаться?
— Ты против?
Смеётся. Порывисто поднимается, подхватывает меня и на кровать относит. На постель укладывает. Как с куклой обращается. Но я не возражаю."
"— Валяй, — соглашается Амир. — И правда стоит подремать. Особенно раз ты так на этом настаиваешь.
Вечер будет тяжелым. И долгим.
Чувствую.
Черт. Я даже не представляю, как сильно права.
Глава 64
Просыпаюсь от того, что стон продирает горло. Насквозь. Мужские губы на моих губах. Твёрдые. Требовательные. Отбирающие право на выбор. Они подчиняют и порабощают. Свергают в пропасть, в бездну эмоций. Язык проскальзывает внутрь. Жадно. Властно. Изучает, исследует. Выжигает тавро, закрепляет право на собственность. Отзываюсь, откликаюсь в момент. Вспыхиваю и обращаюсь в пепел. За секунду.
