Скорее всего, свел их чисто для этого побега. Но никто не станет выходить на связь. Рано. Полагаю, он бы не доверил жизнь дочери тому, кому бы сам не доверял. Там нормальный парень. Не урод и не псих.
- Нормальный… парень? – поперхнулся. – Ты о чем? Блядь. Гребаный хмырь трется рядом с моей женой, зажимает ее в коридоре, ночует с ней в одном номере. Всерьез предлагаешь ждать и обтекать?
Ха. А что я могу сейчас сделать? Выбить признание из тестя? Пытать его? Эта сволота неприкосновенна.
Ахметов прав. Опять. Держит мозги в холоде.
Я тоже должен поумерить пыл. Охладить разум.
- Зверь впадает в бешенство, - произнес мой побратим. – Без сердца. Но ты же не думаешь, будто моя сестра ляжет под чужого мужика?
Мотнул головой. Нет, не думаю. Слова закончились.
Под чужого не ляжет. Но защищать должен я. Только я.
Почему она сбежала? Неужели реально ушла сама? По доброй воле удрала? Попросила отца помочь. В день нашей свадьбы. Дьявол. Что за греботня?
- Есть дела поважнее, - продолжает Ахметов. – Мари вернем, но о другом тоже забывать не стоит.
Сейчас любая ошибка может очень дорого тебе обойтись.
- Ты про архив Гаджиевых? – хмурюсь.
- Нужно отыскать документы.
- Я в курсе.
- Нельзя терять хватку.
- Я держу ситуацию на контроле, - прорычал.
- Заметно, - хмыкнул гаденыш.
- Опять зарядишь свое привычное дерьмо? Любовь делает тебя дебилом. Превращает каждого вожака в слабака. Бля. Подвязывай.
- Ну каждому свое, - протянул с насмешкой. – Ты сильнее становишься. Одержимый. Бешеный. За эту женщину кого угодно порвешь.
Будь «маски» реально виновны, ты разнес бы их логово. Сам бы сдох, конечно. Тут без вариантов. Но успел бы забрать бригаду ублюдков следом за собой.
- Куда ты клонишь?
- Сейчас никто не сможет на тебя повлиять. Главная слабость пропала. Некуда бить, нечем манипулировать, не на что давить.
- Время ускорить наш план?
- Отличная возможность.
- Дьявол, так складно поешь. Я бы решил, ты сам похитил мою жену и скрыл. Но ты же не хочешь сдохнуть, значит, догадка мимо.
Архив Гаджиевых заботил меня в последнюю очередь. Ничего не заботило. Бизнес. Золото. Стекляхи. Даже гребаная «Табула». Месть за деда. Все отошло на второй план. Осталась только она. Моя жена. Женщина. Ядовитая тварь, которая предпочла, чтобы чужой мужик ее защищал. Чем больше думал об этом, тем сильнее вскипал.
Сука. Лгала прямо в глаза. Сладкие речи толкала. Дрянь. Сдернула прочь. Предала. Доберусь до тебя – оторвусь по полной. Так я тогда размышлял.
