Не запрещали и не одобряли. Просто позволяли мне творить все, чего я хотел. Может, понимали, не остановлюсь? Может, стало интересно узнать, как далеко я сумею зайти?
Север. Юг. Запад. Восток. Я каждую сторону света возьму и отымею. Пусть только попробуют встрять между мной и моей целью. Перережу на хрен.
Многие покорялись сразу, будто и ждали сильного лидера. Многие боролись, боялись потерять власть. Глупцы. Лучше власть, чем жизнь. Я точно знаю. Я свою потерял. И чисто случайно не сдох. Голод внутри горит.
Ничем не насытить.
- Ты знаешь, как поступают с бешеными псами, - заметил Ахметов."
"Знаю. Но это не пугает. Больше ничего не пугает, потому что нельзя взять за глотку того, в ком кровь давно не течет. Лед внутри. Холод.
И наконец, я обрел спокойствие. Ощутил умиротворение. Тут, посреди мясорубки.
+++
Выхожу из тренировочного зала.
Жаль, Ахметов не скрасил мой вечер. Придется поумерить аппетит. Рубилово отменяется. Зато смогу снова заняться изучением архива, который мы наконец заполучили.
Скоротаю ночь за чтением. Только сперва смою кровь и перебинтую кулаки. Пальцы ободраны до костей.
Тихо. Непривычно тихо. Отмечаю детали обстановки на автомате и двигаюсь дальше. После вспышек ярости трудно возвращаться обратно в реальность. Рефлексы сбоят.
Застываю, уловив шорох позади. Обернуться не успеваю. Свист стали – клинок вонзается в спину.
Действует профи. Хороший удар. Да, реально хороший. Нож входит как по маслу. Четко между ребрами. Лезвие отлично заточено, достаточно длинное, чтобы пробить мышцы и достать до жизненно важных органов.
Боль ощущается фоном.
Зураб…
Только теперь замечаю его впереди. Прямо по курсу. В нескольких шагах от меня. Мой помощник лежит на полу с перерезанной глоткой. Коридор заляпан багровым. А дальше покоятся убитые охранники. Насчитываю троих.
Кто охренел настолько, чтобы напасть на меня в моем же доме? Вырезал охрану. Прикончил Зураба.
Я сжимаю кулаки. Усмехаюсь, чувствуя вкус своей крови. Сегодня оторвусь.
Тормоза к черту. Сегодня нажрусь досыта.
Глава 21
- Амир! – просыпаюсь от собственного крика. – Амир!
Подскакиваю на постели, жадно хватаю ртом воздух. Не могу надышаться. Привыкнуть к темноте тоже не могу. Обеспокоенно озираюсь по сторонам. С трудом способна выразить причину своего неистового волнения.
Дурной сон. Кошмар. Ничего особенного. Однако тревога выворачивает наизнанку. Вдоль позвоночника струится ледяной пот. Холодно. До жути холодно внутри.
