Каждый очень сильно пожалеет, что принимал участие в предательстве.
- Выбирай, - хрипло бросает Амир, опаляет горящим взглядом, смотрит так, будто до мозга проникает.
- Что выбирать? – спрашиваю, чуть дыша.
- Как мне его убить, - произносит ледяным тоном.
Это не вопрос. Это план. Четкий и давно одобренный.
- Почему ты, - запинаюсь, сильнее вжимаюсь в твердую деревянную поверхность, будто безотчетно пробую там подчерпнуть уверенность. – Пожалуйста, отпусти его. Лучше меня накажи. Он же не виноват.
Он просто… пытался помочь.
Отрицать причастность Резника к моему побегу глупо. Вероятно, против него нашлось больше доказательств, чем против Татарина. Значит, нужно поддержать игру. Если опять попытаюсь уйти в отказ, неминуемо вызову больше ответной злобы. Замкнутый круг.
- Защищаешь этого типа, - цедит Амир сквозь зубы. – Он тебе настолько дорог?
- Я не хочу, чтобы ты убивал людей, - роняю, судорожно глотнув воздух. – Разве это плохо?
- Он сдохнет при любом раскладе.
- Амир…
- Но ты вольна выбрать вариант полегче, - отрезает хлестко.
– От меня этот урод точно пощады не получит. Короче, решай. Или сделаю все на свой вкус. Даю минуту.
- Шутишь? – содрогаюсь от его чудовищных фраз. – Хочешь, чтобы я сама сказала, каким образом тебе убить человека?
- Подари ему приятную смерть, - заключает без тени эмоций, холодно и ровно, небрежным тоном, что больше подходит для рядовой беседы.
- Ты… т-ты, - меня трясет. – Ты с ума сошел! Я не стану никому такого дарить.
Прекрати. Пожалуйста. Прошу тебя. Прекрати, пока не поздно. Ты же не монстр. Ты… ты другой.
- Правда? – криво усмехается.
Мир расплывается перед глазами. Пол становится мягким. Ощущение, точно ускользаю, отлетаю в сторону, однако в реальности я продолжаю стоять на месте. Не двигаюсь. Под кожей застывает лед.
- Амир, - шепчу я. – Прошу…
Язык немеет. Губы не слушаются. Перестаю чувствовать собственные ноги. Пространство вокруг резко сужается. Обмякаю, сползаю вниз, но сильные руки успевают подхватить враз ослабевшее тело.
Меня поглощает темнота.
+++
Я прихожу в себя и понимаю, что лежу на постели. Открываю глаза, осторожно осматриваюсь по сторонам.
Это моя спальня. Шторы плотно задернуты, поэтому трудно определить, какое сейчас время суток. День или ночь. Сколько я пробыла без сознания? Что случилось?
Помню кабинет. Избитого до жуткого состояния Резника. Помню ужасающее предложение Амира насчет выбора смерти.
