Он почему-то отмечает это, опустив на мои руки взгляд. — Можете отменить заказ.
— Я и не предлагал спать. Есть еще много вариантов, кроме этого.
Я хмуро и устало смотрю на него, чувствуя, как я безумно хочу закончить этот мозговыносящий разговор и утопиться лицом в мягкой подушке. Усталость даже выключает начисто страх, который я обычно испытываю перед этим человеком. В принципе, в здравом уме я бы к нему иначе не пришла.
— Например, какой вариант? Викторины - не мой конек, говорите яснее.
— Тц. — эта скотина цыкает и смотрит на меня таким взглядом, словно имеет право на недовольство моей сообразительностью.
— Отсоси мне. Так яснее?
Эти слова настолько просто вклиниваются в чистый и раздражающе культурный поток речи этого психопата, что я закашливаюсь. Постучав себя по груди, и протолкнув этот спазм, я несколько растерянно смотрю на профессора, пытаясь понять, что произошло. По правде говоря, когда он в машине достал нож, это было более ожидаемым.
Надо же, я впервые слышу от него очень грубое слово.
— Этого я делать тоже не буду. — произношу я. - Есть более приятные предложения?"
"Мне кажется, что и этот мудак устает от нашего разговора — на его лицо наползает непонятное выражение, немного сонное, и он едва заметно изгибает одну бровь.
— Цветкова, я еще и за тебя выдумывать должен? Я, кстати, впервые вижу человека, которому явно необходимо найти в жизни вторую половинку.
Да елки-палки. Я смотрю на него из-за полуприкрытых глаз, чувствуя, что сейчас вырублюсь. Его слова заставляют меня тратить последние силы на попытки понять, о чем он говорит.
— Вы же обещали без викторин.
Он опускает на меня взгляд.
— Это не викторина. Я просто не успел закончить. Тебе реально необходимо найти второго человека с такой же половиной мозга. Вместе вы, хотя бы, сможете иногда думать. — и пока я перевариваю очередное оскорбление, он внезапно делает шаг ко мне, а вторая ладонь ложится на стену справа от моей головы. Я просыпаюсь, вздрогнув, увидев его лицо перед своим.
— Стой на месте. Сделаю все за тебя.
— М? Что вы там сделаете за меня?... — реагирую тревожно я, когда он наклоняется к моим губам. Он замирает в миллиметре от них, остановившись. Я чувствую его дыхание, коснувшееся кожи.
Затем он поднимает взгляд и несколько безумно долгих секунд я смотрю в его ледяные глаза. Настолько близко, что могу рассмотреть изгиб каждой ресницы, каждую черточку на радужке, делающую зеленый цвет завораживающе глубоким и темным.
