Я просто не могу остановить его руку, а тем временем его кончики пальцев едва подевают ткань лифчика, заставив меня сжать зубы от злости, и психопат поднимает на меня скептический взгляд. Я до сих пор чувствую себя слишком неуютно и напряженно, когда вижу его глаза настолько близко.
— Это что, Цветкова, твой пояс целомудрия?
— Чего, блин?
Пальцы проскальзывают за спину, заставив меня зашипеть от негодования. Затем я чувствую давление, тихий щелчок и вдруг внезапно обхват ткани бюстгалтера ослабевает, а я, вскрикнув, обхватываю себя руками.
— Какого черта!
— Скажи “спасибо”. — профессор смотрит на меня, как на недоразумение, а я выдыхаю. Я могу сказать много слов, но искреннего “спасибо” в копилке для профессора нет. И не будет. — Я все делаю для тебя. С каждым днем твой долг только увеличивается, Екатерина.
— Да что вы для меня-то, на хрен, делаете?
— Сейчас позволил тебе дышать полной грудью."
"— Черт, вы... - я отпускаю вещи и завожу руки назад, пытаясь срочно застегнуть белье.
В этот момент мой пояс халата почему-то слабеет. До меня доходит, кто становится причиной этого, только профессор наклоняется так, что мой нос утыкается ему в ключицы, и когда мои так удачно заведенные за спину запястья обхватывает ткань и стягивает. Я раздраженно вдыхаю тонкий запах геля для душа и кондиционера для одежды, исходящий от тела профессора.
— Отпустите. — требую я. Тревога становится сильнее, потому что какого черта получается, что чем сильнее я борюсь с этим человеком, тем каждый раз глубже вязну в этом болоте? Он делает все, что хочет, невзирая на мои протесты и будто для вида иногда соглашаясь.
Он берет меня за связанные руки, затем разворачивает и откидывает к спинке дивана, стоящего рядом. Его нижняя часть тела находится между моих ног, не позволяя мне отстраниться или хоть как-то закрыться. Он какое-то время смотрит на меня сверху вниз, а затем произносит:
— Напомни мне, сколько тебе лет.
— Какая разница? Прекратите связывать людей, которые не позволяли вам этого.
— раздраженно говорю я, потому что мне не нравятся ощущения, которые я испытываю сейчас.
— Думаю, вырастешь ли ты еще, или твой рост останется таким же неудобным.
“Можешь найти кого-нибудь подходящего роста, буду только рада” — проглатываю я реплику, потому что он снова наклоняется ко мне, скользнув взглядом по лицу, и мои губы снова оказываются заткнуты поцелуем. Хотя, думаю, его и не интересовал мой ответ.
