Иначе и не скажешь - ведь мужик в здравом уме навряд ли станет несколько лет жить с замужней женщиной, чтобы после и вовсе начать претендовать на чужих детей.
Или не на чужих?
От этой мысли по позвоночнику пробежал озноб.
- Спокойно! - сказал я, подойдя к Лебедевой и, взяв ее за плечи.
Она снова разрыдалась, на этот раз, уткнувшись лицом мне в грудь. Я чувствовал, знал - сделаю все, что от меня зависит, лишь бы только из глаз любимой женщины больше не пролилась ни одна слезинка. Да, сам был хорош, когда окунул Еву в то дерьмо, которое нас в итоге развело по сторонам.
Но сейчас был готов на любые действия, которые понадобятся для защиты Лебедевой и двоих наших девочек.
- Я со всем этим разберусь, обещаю, - погладив Еву по волосам, сказал уверенно, наслаждаясь, как извращенец, тем, что мы вместе.
Ведь только извращенец может использовать такую причину в качестве попытки наладить отношения.
- А сейчас давай сделаем так… Уедем на пару дней. Ты, я, Лена и Маруська. Девчонки друг другу понравились.
Да и сестренкам не помешает почаще видеться, как считаешь?
Чуть отстранив от себя Еву, я не удержался и, подавшись к ней, провел губами по заплаканной щеке. Это вызвало такую реакцию, которой я не желал. Лебедева отскочила от меня, словно я был колючим ежиком, на которого она наступила.
Осторожно, чтобы Ева не послала меня куда подальше, добавил:
- И не плачь, пожалуйста. Это разбивает мне сердце. Я смогу защитить и тебя, и наших дочек.
Глава 16
Дом, который я снял, был огромным.
Но это нам и требовалось - я считал, что верным станет предоставить Еве, которая, слава всем святым, согласилась на мое предложение, столько личного пространства, чтобы она чувствовала себя комфортно."
"Обсудив с мамой все, что случилось, я пришел к выводу - первым делом по возвращении домой отправлюсь в клинику, где и выясню, какого черта творилось. Вторым делом - созвонюсь с Августой, и если эта неверная не исчезла вновь на годы, как то мне желалось, вытряхну из нее всю правду относительно ее планов.
Пусть расскажет, зачем ей понадобились наши девочки. И даже если вдруг Августушка сотворила в клинике подлог и отцом Лены и Маруси был вовсе не я, а какой-то там олигарх - неважно. Я буду биться за своих детей до победного. Ведь папа - это не тот, который зачал, а тот, который воспитал.
- Ма-ма-ма, па-па-па, - сказала вдруг Машенька, когда мы входили в холл арендованного особняка, что располагался на берегу живописного озера.
