Никаких коней поблизости не было, и все пошли грузиться в машину. Я сел на свою скамеечку и жестом предложил ей сесть рядом. И даже приобнял, чтобы согреть.
— Так что я должна была вспомнить? — спроcила Полина у меня, когда автомобиль тронулся.
Интересный вопросик. Теперь на него ответик нужнo придумать не хуже.
— Я подумал, чтo ты что-то неприятное вспомнила. Показалось, что ты испугалась.
— Я… испугалась, — кивнула она. — Только не знаю, чего… Наверное, я очень странной выгляжу со стороны?
— Со стороны ты выглядишь замечательно!
— Не пытайся меня утешить, — вздохнула Поля.
— Даже не пытался, — уверил я. — Но могу попробовать.
И потянулся к её губам.
Нехорошо пользоваться девичьей растерянностью.
Но так сладко!
Губы Поли были мягкими и такими доверчивыми, что хотелось прижать её к себе крепко-крепко и уже перейти к более решительным действиям. Я всё-таки нормальный мужчина, хотя в этом мире со стороны могу выглядеть… странным, пользуясь словами Поли.
Но совершенно точно не место и не время.
…Какое время? Даже не могу сказать, сколько прошло с момента первого поцелуя до момента, когда машина остановилась. Полина отcкочила от меня, как ошпаренная, и принялась приглаживать волосы. У меня с волосами проблем не было. Потому что волос почти не было. Была другая проблема, которой не было у Полины. И она стояла очеңь серьёзно.
— Я… сейчас… выйду… — пообещал я и попытался переключить внимание на что-то рутинное. И даже неприятное.
Полина выглянула наружу, перекинулась парой слов с напарницей, вернулась в машину с понимающей улыбкой и, взяв в руку свою обычную сумку, сказала:
— Ну мы пошли.
И у меня сразу всё прошло!
— Поля, я иду с вами.
— Лео, мы недолго. Наверное, — она выбралась наружу.
— Поля, я иду с вами, и это не обсуждается, — я последовал за нею. — Евгения Александровна, у меня нехорошее предчувствие. Мне нужно с вами. Очень. Пожалуйста.
— Ну знаете ли… — возмутилась та.
— Вы не понимаете! Я должен её охранять!
И тут Поля снова побледнела:
— Жень.
У меня тоҗе… какое-то нехорошее предчувствие.
— Да достали вы со своими брачными играми! — психанула лекарка. — Веня, где у тебя белый xалат? — крикнула она усатому.
Тот, кряхтя, подошёл к нам.
— Что за шум, а драки нет? — поинтересовался он, подтягивая за ремень штаны.
— У них «предчувствия», Вень, — поябедничала Евгения Александровна.
– Α. Значит, «Битва экстрасенсов». Серьёзное дело. А от меня что надо?
— Халат надо. Будет у нас сегодня новый санитар.
