Через тридцать минут ребёнок пристроился рядом и, уткнувшись вбок, тут же засопел.
Хейда, ещё около получаса бродила по домику, тихо шаркая ногами, но и она, устало вздохнув, вскоре засопела. Я же ещё долго не могла уснуть, думая о прошедшей поездке на торг…
Утром была разбитой и не выспавшейся, Алина умывшись и позавтракав, снова сбежала к Крярвалю. Хейда продолжила булькать своими настойками, я, вооружившись добытой рудой, принялась колдовать.
Мне всегда казалось, что я волшебник, соединяя и извлекая, превращаю одно вещество в другое.
Это завораживало и захватывало, ещё с детства во дворе у бабушки я смешивала грязь с камнями, песок с травой, измельчала листики-травинки, заливала их капустным рассолом, создавая форменный кошмар на лавке, где вечерами сидели старушки.
— И что это будет? — поинтересовалась вёльва, подойдя к столу с удивлением рассматривала камни, залитые кислотой (капустной), порошок серого цвета, крошки зелени и прочие металлы, так необходимые для окрашивания стекла.
— Окиси и закиси, — с улыбкой ответила я, сделав паузу, так как надо было сосредоточиться, продолжила, — эти составы окрасят стекло в разные цвета.
— С камней? — изумлённо спросила Хейда.
— В этой породе находится металл, вот его я и добываю, — невольно рассмеялась я, настолько забавный был вид у старушки.
— Хм…, — задумчиво протянула вёльва, но больше ничего не спрашивала, ушла в дальний угол домика, принялась там чем-то шуршать.
— Я хочу дом твой побелить изнутри, чтобы светло было, известь мы в кузнеце развели, думаю, она уже готова.
Если побелить ей стены, то попавшие на её поверхность бактерии погибают. И стены, обработанные гашёной известью, не боятся грибка и плесени, данные микроорганизмы не селятся, — проговаривая всё это, я искоса поглядывала на Хейду.
— Это и твой дом, — просто ответила бабушка, совершенно не обратив внимания на все эти незнакомые для неё слова.
— Ну тогда может и печь поставим вместо очага, зимой теплее будет, — продолжила я, — и окно побольше бы сделать, стекло в него вставить.
— Осенью я уйду, — напомнила Хейда, собирая свой походный мешочек, а мне стало вдруг грустно.
— Может, останешься?
— Нет, Эви, мне пора и я рада, что ты здесь, ты нужна им, — покачала головой вёльва. Покидая дом, она вдруг резко обернулась и улыбнулась тёплой, ласковой улыбкой, на мгновении мне показалось, что передо мной моя бабушка Инна.
