Всё достаточно, а теперь можно смотреть, — торжественно произнесла, медленно поворачивая стекло зеркальной поверхностью к Реригу.
— Это я? — хриплым голосом спросил потрясённый парнишка, растерянно проведя по своему лицу рукой, — Эви это так… я как тебя вижу, у меня глаза, как небо.
— Да, голубые, как летнее небо перед грозой, — с улыбкой ответила, с трудом сдерживая прорывающийся смех.
— И пятнышки рыжие на носу, — продолжал разглядывать себя Рериг, внимательно осматривая каждую часть своего лица, улыбнувшись, хмыкнул, — хы… зубы
— И уши, — напомнила, уже кусая губы изнутри.
— А ты? Посмотри, это лучше, чем в воду или в медный лист глядеться, — заботливо проговорил парнишка, вдруг вспомнив, что я здесь тоже присутствую.
Было очень волнительно взглянуть на себя новую, медная отполированная пластина действительно мало что могла показать, всего-навсего размытые черты лица, о цвете глаз можно, лишь только, догадаться.
— Привет, — прошептала, пытливо всматриваясь в знакомое и одновременно чужое лицо.
Смуглая кожа, мазь из ланолина и отвара из трав плохо помогает и уже несколько морщинок поселилось вокруг глаз, глубокая неровная складка залегла между бровей, почти так же, как и у Хальгорда. Нос немного вздёрнут и слегка пухлые губы создавали впечатление озорной девушки лет от так двадцати пяти до тридцати.
— Очень похоже, да? — прервал моё самолюбование Рериг, — это что ты сделала?
— Зеркало, — тихо ответила парню, лихорадочно вспоминая, как я выглядела до появления в этот мир, но ничего в голову не приходило, просто чистый лист.
— Ох, Эви! Конунг вернётся и снова отправится в путь, это ж такое богатство, — восторженно воскликнул парнишка, — Бруно приказал второе хранилище строить, а то ткани укладывать некуда.
— Надеюсь, он всё же немного побудет дома, — хмыкнула я, продолжив, — Рериг нам теперь надо как-то защитить зеркало от повреждений, эту серебряную поверхность покрыть чем-нибудь, лучше всего подошёл бы лак или краска, но этого нет.
— А стеклом жидким, если залить и дать застыть?"
"— Не знаю, — неопределённо пожала плечами, — давай пробовать.
Провести опыт не удалось, за мной пришли, голодный сынишка требовал срочно его покормить, Илария, невысокая улыбчивая девушка, которая помогала мне с малышом и по дому, запыхавшись, влетела в мастерскую, прокричала:
— Эвелин, Вальгард расшумелся.
— Иду, — улыбнулась девушке, спешно устремилась к выходу, — Рериг сам попробуй залить, не бойся испортить, сделаем новое.
