Мою единственную дочь выдали замуж более пяти лет назад за очень хорошего парня, прибывшего к нам в самый первый раз, на драккарах Тормонда. Семья получилась у них крепкая и любящая, а я теперь с радостью нянчусь с маленьким проказливым внуком.
— Сначала к людям, а после домой? — спросила мужа, ведя за пухлую ручку маленького Хельми.
— К людям, — ответил Хальгорд, с тоской посмотрев на замок, по мужу было заметно, что он очень устал, глубокие тени залегли под глазами, солнце и ветер иссушили кожу и оставили на ней светлые бороздки морщин.
Но в глазах всё же ещё горел яркий огонёк любопытства и жажды приключений.
Изменить мужа и его тягу к морю, к плаванию я не смогла, да и, наверное, не хотела. Это его жизнь, привычная, дарующая умиротворение и спокойствие.
Хальгорд всего один год, тот самый первый не покидал долину и по мужчине было заметно, как тяжело ему этот год дался. Поэтому всё остальное время, дважды в год он уводил драккары в плавание. Воины искали новые свободные земли, торговали и… нападали, правда, последние пять лет, довольствовались лишь обменом, радуясь отличными находками.
— Мам, я тогда к Илве, — окликнул меня старший сын, прерывая мои воспоминания, молодой мужчина нетерпеливо поглядывал в сторону домика девушки и был готов рвануть к своей избранной.
— Иди, — улыбнулась влюблённому сыну, украдкой взглянув на Вальгарда, тихо радуясь, что этого пока интересуют только химические опыты со мной и путешествия.
В замок возвращались вдвоём, дети подросли и теперь не спешили под родительское крыло, это немного печалило, но и радовало.
Это время стало для нас с Хальгордом особенное. За двадцать с лишним лет мы, казалось, вросли вдруг друга, понимали без слов, ощущали любые изменения в настроении. Нам стало просто хорошо быть вместе, я словно не могла надышаться мужем, меня тянуло прижаться к нему, почувствовать… Хальгорд тоже стал ненасытным, возвращаясь с плавания, он всё чаще находился рядом, лишь изредка покидая меня, для решения, не требующих отлагательств, вопросов.
— У меня для тебя подарок, — прошептала, потянув мужа в нашу спальню, — только закрой глаза… теперь открывай."
"В свою первую и последнюю поездку в Бритту вместе с мужем и сыновьями, когда меня немилосердно укачало, я нашла невероятной красоты меч у одного из торговцев. Его он не выставлял на продажу, планировал отвезти своему господину, но краешек рукоятки потрясающе тонкой работы, выглядывал из плотной парусины и очень заинтересовал меня.
