— Эви, что могло заставить гору, обрушится, — вполголоса, словно размышляя пробормотала Анни.
— Не знаю, — задумчиво протянула, — возможно, рядом шла выработка, и какая-то из стены не выдержала вес. Я давно не была там.
— Конунг разберётся, — с улыбкой пробормотала Анни, — а мои снова собираются в Бритту.
— Вальгард уже сказал, через неделю отправляются. Товар давно готов, да и нам не мешало бы ткани прикупить, на одном из кресел в столовой край сиденья протёрся.
— И шторы в твоей тёмной комнате поменять, — хмыкнула Анни, — а то совсем мрачная, я как туда захожу, страх нападает.
И что ты в неё переселилась!
— Глупости, это, — отмахнулась от беспочвенных страхов женщины, — там тихо, спокойно, — и мысленно продолжила: «И там ничего не напоминает о Хальгорде».
— Идём что ли в теплицу, — пробурчала подруга, поднимаясь из-за стола.
— Да, надо бы урожай собрать.
В саду провозились больше двух часов, туда ни я, ни Анни, кроме Вилмы никого не допускали. Не единожды Вальгард порывался отправить нам на помощь девчонок, но мы отказывались, ревностно следя за нашим уголком умиротворения.
И огород у нас был небольшим, а работали там мы в удовольствие. Да и чем нам заниматься целыми днями? Есть да спать, так с возрастом аппетит стал пропадать, а для сна теперь требовалось гораздо меньше времени.
В замке невестки да помощницы убирают, еду Улла готовит, а Вилма присматривает. Вот и осталось нам лишь с внуками поиграть, да в огороде покопаться и радоваться новым всходам и урожаю.
— Ну, кажется всё. А помидоры и в замке прекрасно доспеют, — пробормотала, довольно осматривая грядку, я через секунду резко обернулась, услышав, громкий стук распахнувшейся двери.
— Мама! — прохрипел, кашляющий Вальгард, потирая грудь, он практически выпал из-за двери, — Асвёрд погиб, его два мастера тоже, их завалило камнями. От обвала идёт невыносимый запах.
— Вальгар быстро в кровать, Анни проследи чтобы он выпил молоко… много и воды, — распорядилась, рванув к сыну, подруга тоже спешно последовала за мной, на её лице застыла тревога, — а мне нужно к обвалу.
— Нет, — крикнул сын, закашлявшись, — там опасно.
— Я знаю и позабочусь, чтобы я не пострадала и пробуду там недолго, — заверила сына, — мне надо проверить.
— Хорошо, только не одна, — потребовал Вальгард, с трудом подавляя рвотные позывы.
— Не сдерживай, тебе надо избавится от отравления, — произнесла, поцеловав сына, я чувствовала, как моя душа разрывается на части.
