– Извините, – рассеянно буркнул он, как будто даже не узнал ее. Глаза парня горели решимостью, влажное от выступившей испарины лицо отражало блеск свечей.
– Все в порядке, – ответила Пиппа, провожая его взглядом.
Из павильона вышел Мохан Сингх, встал у микрофона и откашлялся. На поляне настала тишина, только слышалось, как шумит ветер в деревьях. Рави крепче сжал ладонь Пиппы.
Мохан посмотрел на дрожащий у него в руке лист бумаги.
– Мой сын… – Он умолк. – Я мог бы поведать, что Сэл отлично учился и его ждало блестящее будущее, но вы, наверное, и так это знаете.
Я мог бы сказать, что он был хорошим другом, который всегда поддерживал тех, кто рядом, но и это наверняка вам известно. Я мог бы сказать, что он был заботливым старшим братом и замечательным сыном и мы по сей день им гордимся. Мог бы поделиться воспоминаниями о непоседливом малыше с очаровательной улыбкой и о подростке, обожавшем раннее утро и поздние ночи. Однако вместо этого я расскажу о Сэле другое…
Мохан затих, поднял глаза и улыбнулся Рави и Нише.
– Будь Сэл сегодня здесь, он никогда бы не признался и даже смутился бы, узнай все, что его самый любимый фильм – с трех лет и до восемнадцати – «Бэйб».
Люди в толпе сдержанно засмеялись. Рави, глядя в одну точку, улыбнулся."
"– Он обожал маленького поросенка из фильма. А еще Сэлу очень нравилась одна песня оттуда. Слушая ее, он смеялся и плакал, а то и пускался в пляс. Чтобы вы поняли, каким еще он был, я включу в его честь эту песню, а потом мы зажжем и запустим в небо фонари.
Но сначала я кое-что скажу своему мальчику. Я шесть лет хотел сказать это вслух.
Мохан поднес руку к глазам, вытирая слезы, и страница затрепетала, словно крыло бумажной птицы.
– Сэл, сынок, мне жаль, что тебя нет. Я тебя люблю. Для меня ты не умер. Ты навсегда со мной. Я буду помнить все: твои успехи и поражения, улыбки и смех, слезы и радость. Обещаю… – Мохан умолк, кивнул кому-то справа и распорядился: – Включайте.
Из установленных с обеих сторон от сцены динамиков тонкий голосок мыши из мультика возвестил: «И-раз-два-три, вперед!»
Песня началась барабанной дробью, мышонок запел соло, затем к нему присоединился целый хор мышей.
Слушая песню, стоящий в первом ряду Рави не то смеялся, не то плакал.
Вдруг кто-то позади начал хлопать в такт.
Мгновение спустя рукоплескало еще несколько человек.
Пиппа обернулась: аплодисменты набирали силу в разных частях колышущегося людского моря. И вот над поляной полетел оглушительный радостный звук.
