Хорошая девочка

И мои губы хотят еще. Даже проскочивший между нами холодок сейчас меня не смущает – я точно знаю, что мы не закончили. Чувствую подсознательно.

– У нас ничего не получится. И если ты так долго жила без… – Андрей неожиданно не договаривает, будто происходящее смущает его не меньше, чем меня, и это придает мне больше сил. – Ты найдешь более достойного кандидата, чем я.

Закончив, он с вызовом смотрит на меня, но я выдерживаю взгляд. Стою на своем, потому что знаю, что у меня своя правда. Да и какая разница, что будет потом, если сейчас так хорошо?

– Почему ты не понимаешь? – срывается с его губ, когда я все равно настырно приближаюсь.

– Я понимаю…

– Тогда…

– Я не виновата.

– Я знаю.

– Но я не жалею."

"– Я. Чтоб тебя. Тоже.

Я, кажется, задыхаюсь, потому что раскаленным воздухом невозможно надышаться. Мы говорим, так близко прижавшись друг к другу, что нет никакого смысла в том, чтобы сейчас не целоваться, если губы все равно соприкасаются. Сердце при каждом ударе упорно пробивает путь себе на волю. Руки не слушаются, пальцы подрагивают, и все равно я делаю то, что хочу, – тянусь к завязкам его штанов, не отрывая взгляда от темных глаз.

За окном снова и снова полыхает, и всякий раз свет красиво ложится на лицо Андрея, отчего болезненно колет в сердце. Мы тяжело дышим, лбы покрылись испариной, хотя в доме прохладно, не душно. Голова кружится, но комната стоит на месте.

– Будет больно, – низким тоном басит Аполлонов, после чего кусает мою губу так, что из глаз едва не брызжут слезы.

– Я не боюсь, – отвечаю ему прямо в рот и не могу перестать радоваться тому, как крепко, уложив меня на диван и оказавшись между моих ног, Андрей прижимается ко мне в следующую секунду.

Я отчетливо понимаю, что, будь мы оба раздеты, несомненно все было бы просто до безобразия.

Чувствую собственную влагу там, чувствую, как ноет низ живота. Как остро ощущается пустота, где почему-то все еще нет его, и пылает без жадных прикосновений кожа. Я хочу, чтобы он разделся.

– Пожалуйста…

От собственного шепота только хуже.

Я выгибаюсь Андрею навстречу, а он ловит меня под спину, и его руки скользят по бокам вверх, раскрывая и стягивая халат. Мое тело дрожит. Я опускаю взгляд на такого инородного ворона под грудью. Андрей тоже смотрит. Слишком долго и пристально, чтобы я не запротестовала, но я все же молчу, наблюдая за ним. А когда его губы касаются сломанного крыла на моих ребрах, по телу пробегает ток.

– Даже не думай еще хоть раз… – Он не договаривает, но тихо матерится.