Но что можно было ожидать от этого беспринципного и самолюбивого партийного чиновника, ввязавшегося в дело государственного переустройства с целью построения де социалистического общества с человеческим лицом, в котором будет больше ленинизма.
Об этом он талдычил чуть ли не каждый божий день. А на самом деле по существу оказался иностранным «кротом» в собственной стране. Так, на семинаре в Американском университете в Турции «верный ленинец, Генеральный секретарь КПСС, Президент СССР, до конца твёрдо стоявший на марксистских позициях», М.
Горбачев спустя некоторое время признается:
«Целью моей жизни было уничтожение коммунизма, невыносимой диктатуры над людьми…
Когда же лично познакомился с Западом, я понял, что я не могу отступить от поставленной цели. А для её достижения я должен был заменить всё руководство КПСС и СССР, а также руководство во всех социалистических странах…».
Таково лицо могильщика страны!
***Польша поняла, что можно снова, подыгрывая в какой-то степени Германии, насолить Советскому Союзу.
Она опять подняла вопрос о Катыни.
Горбачев, посоветовавшись с адептом западничества А. Яковлевым, принял решение сделать всё, чтобы закрыть эту тему путём очередных уступок назойливым ляхам. Пытаясь доказать Западу свою «цивилизованность», он практически принял геббельсовскую версию катынского дела, даже не пытаясь вникнуть в её существо.
Вот как описывает эту операцию Ю. Мухин в книге «Как уродуют историю твоей Родины? Это от тебя скрывают!».
Горбачев приказал руководству КГБ «найти или сделать» необходимые материалы.
«Председатель КГБ СССР Крючков поручил своим «аналитикам» подготовить схему фальсификации катынского дела при помощи подлинных документов архивов СССР.
Из архивов предварительно были изъяты документы, свидетельствующие о том, что военнопленным польским офицерам судом Особого совещания при НКВД назначены сроки наказания в 3–8 лет, и они весной 1940 года посланы в лагеря ГУЛАГ под Смоленск.
Но были оставлены все документы о направлении дел военнопленных на рассмотрение Особого совещания, и, таким образом, создавалось впечатление, что поляки были расстреляны по его решению.
Затем в архивы были допущены в основном крайне подлые люди, но часто просто глупые «ученые», которые при находке любого документа, связывающего Особое совещание и поляков, тут же публиковали его в Польше (думается, за соответствующее материальное поощрение. — Авт.) и поднимали вой о том, что пленные поляки осуждены Особым совещанием к расстрелу.
