Но ход всех событий заставил меня усомниться, что это снадобье — горькое питье, неприятное на вкус, но зато восстанавливающее здоровье, — правда, — необходима этим сторонам.
Парадокс заключается в том, что польским руководителям, выгодна была своя правда, удачно навязанная им недавними угнетателями и убийцами — гитлеровцами. Российскому высокому политическому чиновничеству, а до недавнего времени, и советскому, правда была вовсе не нужна. Ему надоели многочисленные русофобские атаки Варшавы, в том числе, а скорее в первую очередь, по катынской проблеме, — а им же хотелось и хочется спокойствия при власти!
И вот поляки, дожимая наших государственных мужей в течение трех поколений, наконец-то вырвали у них нужные показания — советские власти виновны в массовых расстрелах военнопленных польских офицеров! Ура! Ура! Ура! — прокричали поляки.
Президент ПР Квасьневский даже наградил группу россиян, активно участвовавших в добывании «истины», выгодной полякам.
Среди награжденных была и ответственный составитель итогового документа по катынской проблеме в ельцинско пихоевской интерпретации некая Н.С. Лебедева.
Но беда в том, что как и в проклятом народом, кровавом тридцать седьмом году не только чистые троцкисты, но и некоторые невиновные арестанты, ставшие жертвами обстоятельств, решили оговорить себя. Вполне по Геббельсу: чем чудовищнее ложь, тем скорее в неё поверят.
Однако из этого ничего путного не получилось, хотя на первый взгляд обе стороны оказались в выигрышах, правда, в выигрышах разного достоинства и калибра. Польша, сыграв роль несчастной жертвы войны, побитой и западом — Германией, и востоком — Советской Россией, в который раз укусила свою давнюю, как она считает, соперницу.
Россия, к сожалению, поддалась соблазну отделаться от наскоков недавней соседки лживыми доводами и прослезилась, с удовольствием отвязавшись от настойчивых упреков за катынскую трагедию.
Получается, слабый и трусливый сдаётся! С другой стороны, нельзя не согласиться со словами Нобеля, сказавшим однажды: «Любая демократия очень быстро превращается в диктатуру подонков». Расстрел парламента в Москве в 1993 году — это тоже демократия?!
***Поговорим о выигрышах разного достоинства.
