Долг ей он вернул, теперь копит на дом в деревне, жить в городе ни Саша, ни Галя не хотят.
Бомжиха Валя поправилась и теперь работает у Кати санитаркой, ей дали общежитие.
Ванька Комолов, благополучно вернувшись с гастролей, забрал у нас Капу и Люсю. Дети провожали их со слезами, сожалея больше всего, по-моему, о горячих блинчиках к завтраку. Впрочем, это я зря, мы искренно полюбили Капу и вараниху. Ванька, правда, узнав о том, что у бабки завелся молодой кавалер, сурово заявил:
– Лампа, я оставил тебе ее для того, чтобы она не наломала дров, и что? Замуж собралась! Так я и знал! Ни на минуту из поля зрения ее упускать нельзя.
Я только пожала плечами. С Капой и Левой мы дружим до сих пор. Сегодня, например, теплым апрельским днем, пошли погулять в Центральный парк. Солнце весело светило с голубого неба. Оживленные Капа и Лева все время что-то обсуждали, замолкая, как только мы подходили к ним.
– Чего вы шепчетесь? – не выдержал Кирюшка. – Уши друг другу отгрызете!
– Идите к бассейну, – крикнула Капа, увлекая за собой Леву, – сюрприз увидите.
Мы покорно добрались до широкого водоема, на берегу которого стояла вышка-тарзанка, откуда безумные люди прыгают вниз головой, привязавшись за ноги.
– Вот уж никогда бы не совершила этот безумный прыжок, – поежилась Юлечка.
– Пожалуй, и мне слабо, – вздохнула Лизавета."
"– Что касается меня, то я не прыгнул бы ни за какие деньги, – сообщил Сережка, – а ты Лампа?
– Упаси бог, – испугалась я.
– Ой, – завопила Лизавета, смотрите.
Мы задрали головы, на верху вышки две маленькие фигурки энергично махали руками.
– Нет, – заорала Юля, – Капа, остановись!
– Мамочка! – взвизгнул Сережка и зажмурился.
– Стойте, стойте! – вопили Лиза и Кирюшка. – Лева, Капа!
– Они вас не слышат, – пробормотала я, глядя, как фигурки сигают вниз.
Но, очевидно, Капа поняла, что мы орали, потому что ветер донес до моего слуха:
– Покажите мне…
– Что она сказала? – спросила Юля.
Я увидела, как Капу и Леву, благополучно совершивших полет, уже отвязывают от канатов, и вздохнула.
– Насколько я понимаю, она выкрикивала: «Покажите мне статью в Конституции, запрещающую прыгать с вышки вниз головой даме, которая справила семидесятилетие»."
