Людям должно понравится.
— На самом деле я ее сделал, чтобы подурачиться. — серьезно произнес парень. — У нас масса дел. И у них.
— У людей и так мало радостей. Мы хотя бы едим от пуза. Да еще и рыбы, а порой и мяса. Что немало. А они? Им нужна какая-то отрада… отдушина. Почему не эта игра? А лучше игры.
— Мы живем в совершенной нищете. — покачал головой Неждан. — Все мы. Это увядание. Это смерть.
— Все так, — охотно согласился Вернидуб. — Но разве боги не ради нашего спасения послали тебя? Вложив притом в твою голову знания об этой игре?.
.
Парень задумался.
Его крайне неприятно кольнула формулировка, которой воспользовался визави. Да, он и сам потихоньку эту тему разгонял. Но осторожно. А тут — нате на лопате. Кого посылают боги в таких случаях? Обычно пророков.
«Ну спасибо!» — недовольно и раздраженно подумал он.
Ведуном ему быть казалось удобным. Что-то делай, как-то живи — и нормально. А любые странности и чудачества списывай на богов. Мало ли что они тебе там сказали? Если вреда окружающим это явно не несет — никому и дела не будет.
Тут же…
Такую ответственность ему брать на себя не хотелось. Тем более в ситуации, когда он не обладал возможностью оправдать надежды. И ресурсами. И людьми. Во всяком случае — пока.
Но был ли у него выбор?
Ой не факт…
Впрочем, корень бед упирался в другое. Где-то там, далеко на юге, потихоньку развивалось христианство. То есть, та конфессия, к которой, чисто гипотетически относился он сам. Но установить с ее адептами связь было не только затруднительно, но бессмысленно.
Ведь это христианство было ранним со своей спецификой. Включая изрядный радикализм и фанатизм своих последователей, как всегда и бывает с молодыми религиями.
Да и все эти тезы про любовь, гуманизм, непротивление злу и так далее выглядели предельно неуместно. Ему и его наследникам ближайшие века будет нужно драться насмерть, отстаивая место под солнцем. Для чего совсем иная философия требовалась.
Принципиальная иная."
"Отчего Неждана, то есть, Ивана коробило и выкручивало винтом.
Ему ведь нужно было для этого местную религию как-то кодифицировать и откорректировать. Причем сделать это взвешенно, рационально и здраво, все продумав наперед. А значит, создать в будущем очень неприятного противника христианству…
— Ты чего? — осторожно спросил Вернидуб, глядя, как парень ушел в себя и посерел лицом. — Дурно стало?
— Задумался.
— О чем же? — прищурился седой.
— С одной стороны, ты прав. — тихо произнес Неждан.
