Тем более, что Гостята никаким боком не вписывался в тот образ будущего, который себе нарисовал парень и которому шел.
Этот скрипач был не нужен.
Хуже того.
Вреден и опасен. А потому подлежал… хм… нейтрализации при первом удобном случае.
Вернидуб все понял.
Сначала хотел было что-то сказать, но не стал. Только усмехнулся, ибо увидел в этих словах и улыбке ярость Велеса, которая выглядела куда опаснее того буйства, что обычно являл Перун. Холодная такая. Словно ядовитый змей, ползущий по влажной траве в ночи…
[1] Сахаров, потому что из растительной пищи он много ел корней рогоза, камыша и лопуха, в которых хватало и сахаров, и крахмала.
Часть 2
Глава 5
166, сентябрь, 25
Неждан кинул кости на доску.
Удовлетворенно хмыкнул.
И не сильно задумываясь походил, передвинув две фишки.
Вернидуб нахмурился.
Взял кости.
Долго их трусил в ладошках, время от времени останавливаясь и что-то шепча. Подносил к уху, вроде как слушая. Снова трусил. И так по кругу. Кидая никогда не раньше, чем через пару минут. В прошлой жизни Неждан бы психанул.
Но тут спешить им было некуда и, чтобы хоть немного отвлечься от достаточно изнурительного труда, играли.
В нарды[1].
Поначалу Неждан хотел сделать шахматы, но отложил как идею до лучших времен. Да, фигуры можно вполне заменить значками на плоских фишках. Не беда. Но правила… да и сама игра… она совершенно не подходила моменту.
Кроме того — кости.
Они вносили элемент случайности, делая партии разнообразнее. Именно из-за этого Вернидуб и шептал что-то им перед броском.
Надеялся на содействие удачи или какого-то там еще божества.
Неждан же тащил партию за партией на голом навыке. Сначала пытался захватить плацдармы. Потом блокировал что мог у себя, ограничивая ходы своего противника. Ну и так далее…
— Интересная игра, — проиграв в который раз, произнес Вернидуб.
— А тебе не становится скучно? Ты ведь постоянно проигрываешь.
— Видишь — три костяшки, — указал он с улыбкой на свои фишки, которые называл костяшками. — Я почти успел.
— То же верно. — максимально жизнерадостно произнес Неждан.
— Мне нравится, что ты не унываешь.
— Откуда ты знаешь эту игры?
— Ты не устал задавать такие вопросы? — еще сильнее расплылся в улыбке парень.
— А еще какие-нибудь ведаешь?
— Много разных.
— Покажешь?
— Зачем? Мы ведь не часто играем.
— Это сейчас. Зимой темнеет рано. А при такой вот лучине, — кивнул он на нее, — или свете из печи можно вполне время коротать. И не только нам. Так-то и с семьей, и даже в гостях у кого-то.
