— Э-э-э… Не знаю даже как сказать… Спасибо, конечно, что спас меня и всё такое, но…"
"— Так щас и поблагодаришь, чё ты? — наступает с пошлой ухмылочкой и бушлат уже стаскивает. — Ты как любишь, сверху или рачком?
Уууу… А паренёк-то настроен серьёзно.
— Слушай, ты извини, но ничего не будет. Я не по этим делам, — на всякий случай отодвигаю стул ногой так, чтобы успеть добежать до двери. Только вот загвоздочка, он успеет меня перехватить так, что и глазом не моргну.
— Да ладно, не кочевряжься. Я ж видел, как ты на меня смотрела тогда.
Да ты не стесняйся, это нормально. Меня все бабы хотят.
Я окинула скептическим взглядом сего мачо и выставила руку впёред.
— Даже не думай!
Да меня никто в моём жутком городишке до сих пор уломать не мог, а там умеют склонять к интиму, ага. Что не день, то с десяток изнасилованных. А тут этот… С позволения сказать, красавчик. Нет, парень, может, и ничего. Но это он для своих «баб, которые его хотят» — ничего. А меня вот вообще не зацепил. Даже не ёкнуло нигде.
— Да ладно, не ломайся. Я по быстрому, — мачо схватился за ремень, но что-то вдруг пошло не по его плану. Пролетел бедняга от стола до стены. Когда я говорю «пролетел», я не преувеличиваю. Именно пролетел. Как кукушка над гнездом. Сполз на пол и застонал, схватившись за челюсть. Больно тебе, маленький? Так-то! Будешь знать, как приставать с приличным девушкам.
Перевела обалдевший взгляд на Бекета и засияла. Я не собиралась с ним флиртовать или ещё чего в этом роде, просто губы сами растянулись в премилой улыбочке.
— На пост, бегом! — рявкнул на парня, и тот почти на карачках устремился к двери. Я же выровнялась, как солдат, выкатила от ужаса глаза. Чего это он так? — Ты! — ткнул в меня указательным пальцем, буквально загоняя в угол. Сделав широкий шаг, настиг меня, и палец его ткнулся мне в лицо. — Ты какого хрена тут творишь?! Решила устроить здесь бордель?!
— Что? Я? Да я…
— Ну-ка цыц мне, — прошипел, склоняясь так низко, что его прерывистое дыхание обожгло мне губы.
— Ни звука. Слушай сюда, красавица. Ещё раз я увижу что-то подобное, и ты вылетишь из моего города, как пробка. Более того, я сам найду тех, кому там продали твою тушку, и вручу им тебя перевязанную бантом. Ясно? — и глазами своими бешеными так буравит, что земля из-под ног уходит.
— Я не звала его. Он сам пришёл, — лепечу, опустив глаза в пол и пытаясь придушить истерический смех, что рвался наружу. «Не виноватая я, он сам пришёл». Очень правдоподобно, да.
