— Я не знаю, как вам доказать и понимаю, как всё выглядело, но он сам пришёл и сам раздеваться начал. Я ему говорила, что… — и судорожно выдохнула, когда Бекет схватил меня за лицо.
Несколько секунд всматривался, что-то раздумывал, а потом отпустил.
— Сейчас пришлю к тебе врача, пройдёшь полное обследование и сдашь анализы. Не хватало ещё, чтобы заразу какую-нибудь принесла.
Я ахнула от обиды, открыла рот, но сразу же захлопнула его.
— Вот так. И на будущее, не важно, заперта дверь снаружи или нет. Ты должна закрывать её изнутри.
Не нужно провоцировать моих бойцов. Дорвутся до тебя, в клочья растерзают, — снова осмотрел моё лицо, вздохнул. Куда ж тебя такую красивую деть, а? Думал отправить на кухню помогать, так и там заловят. Ладно, придумаю что-нибудь, — говорил, будто сам с собой. — Так, всё! Никуда не выходи без моего разрешения, поняла?! — прогремел раздражённо, и я кивнула.
— Поняла.
* * *Увидел, как Костик расстёгивает ремень, и перед глазами всё красной рябью пошло. А эта стоит, глазками хлопает.
Её выебут сейчас, а она хлопает. Дура мелкая.
И так ей ремня всыпать захотелось, что зазудели ладони. Как Костика отшвырнул — сам не понял, всё на автомате вышло. Парень, конечно, не виноват. Они сутками на посту, баб только по праздникам и видят. А тут красотка такая под носом. Дурак бы отказался.
Он и сам бы не прочь. И вполне вероятно, что так тому и быть. А значит, никому не даст. Себе оставит.
Эта мысль пришла так же внезапно, как и желание размозжить голову охраннику.
Оторвать ему охранялку под самый корень. Чтоб не тянул ручонки к чужому добру.
А добро это, надо отметить, бесстрашное. Или глупое. Другая бы уже либо дала, либо орала, как резаная. А эта всё договориться пытается. Не замечает, дурёха, что халат на груди распахнулся.
А там всё так мило, так по-девичьи, что даже Бекету, ранее ничем подобным не страдавшему, сперма в голову ударила. Он, конечно, как и любой здоровый мужик любит женщин. Только эту женщиной назвать сложно. Мелкая, глупая ещё.
Ей бы подрасти немного. Ну, или поумнеть.
Наорал на неё и жалко мелочь стало. Вся съежилась, губу нижнюю выпятила. Обиделась.
— Вы звали, Иван Андреевич? — в кабинете появился врач, а Бекет удивлённо огляделся вокруг. Это когда он успел сюда прийти?
Так, всё! Надо вечером девок опять заказать. Это всё недотрах. На сиськи мелкой этой залип. Позорище.
— Да, Аркадьич, звал. Там девчонка в изоляторе, которую ты выходил. Её нужно тщательно обследовать.
